Читаем Тринити полностью

Осмотр тела машины занял тьму времени. Станок был настолько огромным, что не хватало разреза глаз окинуть его целиком. Прорехов делал вид, что вносит в компьютер технические данные машины, а сам прикидывал, насколько податлива, в случае чего, может оказаться переводчица. Толкачев тщательно снимал на видеокамеру узлы и детали.

- Чтоб не подменили, сволочи! - объяснил он свою пристальность.

- А на прощание я устрою херру Маруггу русский обед! - пообещал Макарон, умудрившийся прихватить в поездку потребительскую корзину прелестей - волжскую рыбу, мед, грибы, икру и пару флаконов клюквенной.

Действо было намечено на последний вечер пребывания в доме у Маругга. Чисто русский обед. Ко всем перечисленным разносолам Макарон намеревался подать плов, винегрет и блины, которые сам обещался прокулинарить.

Обед по расписанию планировался на шесть вечера. В три часа пополудни Макарон начал кухарить. Херр Маругг нарезал круги вокруг кухни, с которой доносились такие запахи, что у него заворачивался его пиджак цвета "соль с перцем"! Привыкший к зыбким форелям и обезжиренному козьему сыру, херр Маругг долго пускал слюну, наблюдая за размашистыми действиями Макарона. В конце концов, когда столы были накрыты и в столовую внесли плов в огромном, обернутом полотенцем казане, херр Маругг не выдержал и упал без чувств.

- Ну вот, - сказал Макарон, - насчет миллиона договорились.

- Так и переводить? - спросила Любаша. Ей все казалось, что поведение покупателей приведет к ремиссии.

- Так и переводите, Любочка, - подтвердил Макарон, упертый на собственной самодостаточности.

Из командировки, окрыленная удачей, компания летела на микроавтобусе. Изделия народных промыслов госпожа Мошнаковская забрала по хорошей цене. Насколько удобной иногда бывает эмиграция.

Артамонов сидел за рулем, старший печатник Толкачев просматривал на визоре отснятую пленку, Макарон массировал Нидвораю шейные позвонки и двигался над ним так, будто искал блох. Артамонов по накатанной схеме сочинял переметные письма президенту Украины Леониду Кравчуку.