Читаем Тринити полностью

В районе АЭС велись работы по строительству гидроузла, в состав которого входила мощная насосная станция, расположенная в карстовых образованиях. В направлении подземных пустот велась проходка в скальном грунте для устройства наклонных водоводов, идущих под углом к поверхности. Замкнутость цикла сводилась к тому, что отработанная во втором контуре вода из охлаждающей рубашки реактора сбрасывается через водоводы и, крутанув турбины, уходит на специальную очистку. Полученный ток питает насосы забора воды из чистого накопительного водохранилища, куда подводятся потоки пяти рек. Затем вода нагнетается в систему карстовых пещер. Через последовательность идеальных природных фильтров, которые являются и естественными минеральными обогатителями, вода самотеком поступает в канал, а потом в сеть водоснабжения Москвы.

Владимир Сергеевич частенько бывал на стройке, поскольку курировал работы. Гидроузел был его детищем, он приложил немало усилий, чтобы пробить финансирование проекта, с вводом которого поставка питьевой воды в столицу наряду с льноводством становилась основным профилем области.

Проект был фишкой губернатора Макарова и его коньком.

В ходе рабочих поездок на гидроузел Владимир Сергеевич ничего особенного не замечал. Он въедливо участвовал в оперативках, беседовал с главным инженером, все шло хорошо. В связи с последними событиями он не бывал там довольно долго. В ожидании, когда определится его статус, Макаров бессистемно ездил по области, чтобы провести время.

Как-то по старой памяти — а вспомнилось ему пребывания в районе гидроузла на рыбалке вместе с Бурятом и главным инженером станции — он решил заскочить на объект просто так, без всякой цели — сработала инерция. Что-то потянуло его туда. Он обошел стройку, полюбовался новым водозабором. Золотые были времена, когда все только начиналось. Скоро вода и в столице, и в областном центре, да и в самом городке энергетиков будет почище, подумалось ему, а то пьем что попало.

Удовлетворенный увиденным, Владимир Сергеевич засобирался уходить, но тут мысль повлекла его на монтажную площадку насосной станции. Словно наждаком продрало от ощущения, что там что-то не так. Он опустился в карстовую выработку, вошел в машинный зал, походил меж рядами огромных насосов, почти успокоился и направился на выход. Но у самой двери его опять передернуло — он бросился к одному из насосов и едва не рехнулся: так оно и оказалось — насосы были смонтированы всасом в сторону охлаждающего водохранилища атомного реактора. А по проекту, насколько он помнил, должно быть наоборот! Всасывающие патрубки смотрят в сторону накопительного водосбора! За два года никому и в голову не пришло! Как же так?! Насосы развернуты на сто восемьдесят градусов! Главный инженер Пестров ежедневно проводил планерки, давал задания, прорабы закрывали наряды, вокруг бродили стада маркшейдеров, и никто не замечал, что насосная станция развернута!

Макарон отыскал главного инженера Пестрова и озвучил свои соображения. Силуан Григорьевич не поверил, а когда сличил жизнь с чертежами, сел на приготовленную к установке лопасть нагнетателя и замер, как сфинкс. У него началось помутнение в глазах.

— Вы понимаете, что произошло? — спросил Владимир Сергеевич. — Я имею в виду не технический момент.

— Конечно, — прижался к нагнетателю Силуан Григорьевич. — Вода из второго контура реактора попадет в питьевой ресурс столицы.

— Совершенно верно, — сказал Владимир Сергеевич. — Только как это все получилось, непонятно!

Главный инженер выслюнил прораба и послал за рабочими чертежами. Бумаги были срочно поданы. На кальках выглядело все как надо. Тогда Пестров послал прораба повторно за рабочими «синьками» с ротапринта. На «синьках» было все наоборот. Получалось, кто-то подменил рабочие чертежи.

— Я не понимаю, как тебе удалось это заметить, — сказал главный инженер Пестров.

— Но посуди сам — вода из столицы течет по системе каналов в Вазузское водохранилище, потом через карсты и через наш гидроузел — включая эти насосы — идет прямиком на охлаждение реактора. А ведь вода, если отслеживать ее обратное течение, должна оказаться в чистом водозаборе. Правильно?

— Да, все верно, — сказал Силуан Григорьевич и выгнул шею, как бы проходя вместе с водой обратный путь из Москвы на водораздел. Он попытался представить текущую вверх жидкость и не смог. Инженерные навыки сделали косным его техническое мышление. Владимир Сергеевич видел текущую в гору воду, как прибор видит кровь, крапленную присадками для отображения на экране. В мозгу у Макарова обратный крестный ход воды происходил отчетливо и величаво.

— Непонятно, кто это мог затеять? Диверсия? Или просто ошибка? подумал вслух Владимир Сергеевич.

— Просто ошибкой это быть не может. Слишком сложные расчеты лежат в основе перепроектирования, — сказал Силуан Григорьевич. — Здесь работал профессиональный проектант.

В этом положении Владимир Сергеевич и намеревался оставить главного инженера Пестрова. Назревал всероссийский технический скандал.