— Глупец, он и не догадывался, что все его усилия никак не могли увенчаться успехом. Даже если бы ему удалось сбежать, мы бы все равно выяснили, что он забрал, и мгновенно поменяли планы.

Полковник снова рассмеялся. Тело Хэрита унесли. Начальник отдела снабжения быстро обнаружил, что кто-то вскрыл ночью сейф с документами, и велел выставить у дверей кабинета круглосуточную охрану. Тем не менее он уверил командующего армией, что беспокоиться нечего, ведь шпиону не удалось уйти. И вообще, никто не похитил бы ценную информацию так, чтобы он, начальник отдела снабжения, мгновенно об этом не узнал. Как бы там ни было, уверял он командующего, секретные сведения остались секретными и нет необходимости менять тщательно разработанные планы, когда время уже на исходе. Командующий вздохнул с облегчением — смена планов вызвала бы задержку в несколько дней.

Капитана Хэрита вскоре опознали, и его отрубленную голову повесили на воротах честному народу на потеху.

Генеральный штаб вернулся к повседневной рутине. Офицеры постоянно прибывали и отбывали. Слуги из феллахов наводили порядок во дворе, в то время как военные готовились к войне. Напыщенные и озабоченные делами офицеры не обращали внимания на немытых крестьян. Один из них подобрал выброшенный недоеденный кусок халвы и бросил в мусорный мешок. Закончив уборку, он выкинул мешок в контейнер, стоящий у боковой стены. Возле того самого места, где нашел свою смерть Хэрит.

Вскоре этот контейнер вместе с другими погрузили в мусоровоз, который и доставил их на городскую свалку. Когда машина уехала, в контейнерах стал рыться нищий уличный торговец. Позднее у входа в гостиницу на восточной окраине города этот торговец предлагал туристам восточные безделушки.

Хорошенькая туристка из Италии приобрела у него небольшой, затейливо украшенный сосуд.

Вечером того же дня хорошенькая итальянская туристка выписалась из гостиницы, села в автомобиль и направилась из города на заброшенный пляж. Там она разделась и вошла в воду.

Тридцать шесть часов спустя началась атака. Еще через десять часов война, по существу, закончилась. За эти десять часов были полностью уничтожены все склады провианта и боеприпасов, а также топливные хранилища нападавшей армии.

Прошло несколько недель. Лейтенант Грета Франк сидела одна на холме на севере ее страны и смотрела на виднеющуюся за апельсиновыми деревьями и оливковыми рощами границу. Там было тихо. Еще не безопасно, но все шло к тому.

Девушка плакала.

Поднимая ногами клубы пыли, на холм взобрался министр и опустился рядом на корточки. Твердый взгляд серых глаз был устремлен в сторону границы.

— Другого варианта не было, — нарушил тишину министр. — Они должны были убедиться, что он попытался добыть эти сведения и потерпел неудачу. Его должны были схватить… и он не мог остаться в живых. Капитан знал, что только такой план сработает.

— И вы знали, — заметила Грета.

— Знал.

— Знали еще до того, как отправили нас.

Министр молча чертил тростью в пыли замысловатые фигуры.

— Почему вы сами не отправились туда и не сделали это? — спросила Грета. — Великий министр, одержавший победу.

— Я бы не смог.

— Да, не смогли бы. И я бы не смогла, и этот оборванец торговец — кто бы он ни был на самом деле — тоже не смог бы. Только Пол мог. Он понимал, что только он один на это способен.

Грета посмотрела на рисунки в пыли. Примитивные иероглифические изображения луны и солнца, какие мог бы сделать древний пещерный житель.

А у подножия холма, среди апельсиновых деревьев, бегали и громко кричали двое мальчишек. Они играли в войну.

Джон Лескроарт и М. Дж. Роуз