Читаем Триггер убийства полностью

– А вы не посмотрели хомячков. Боитесь мышей? – елейным голосом уточнила Татьяна Николаевна у Киры.

– Нет, мышей не боюсь. Новорожденных хомяков уже видела. Не самое приятное зрелище. – Кира листала папку с делом, прикидывая, бездельничать здесь еще некоторое время или сразу пойти погулять и подумать во время прогулки. – А вот вы боитесь грызунов, они ассоциируются у вас с грязью, инфекцией, порчей вещей и продуктов. Кстати, у крыс и мышей змеевидные хвосты, что на психологическом уровне добавляет страхов. Но хомячки, конечно, не крысы. – Кира подняла взгляд на Татьяну Николаевну и продолжила: – С фобиями и страхами стоит бороться, в противном случае они усугубляются, приводят к бессоннице, повышенной раздражительности, тревожности и депрессии. Иногда перерастают в суицидальные наклонности. Но, как психологу, вам это, разумеется, известно.

Коробка с хомяками не маячила раздражителем, поэтому Татьяна Николаевна смело вышла из-за своего стола и приблизилась к Кире.

– А какие фобии мучают вас? Вы прорабатывали свои страхи и фобии? Вы не следователь, вы жертва. Жертва, не проработавшая свои психологические проблемы. Вам нельзя работать в МВД. Вот что вы скрываете… Я проверила ваше личное дело. Вы не проходили тестирование на профпригодность, – Корюхова сдержанно, но явно торжествующе улыбнулась, – когда поступали на работу в МВД. Сегодня после обеда наш специалист с вами поработает. Полковник Семенов одобрил запрос на прохождение вами полного психологического медосмотра.

Кира подумала, что принимавший ночью роды у хомячихи полковник конкретно сегодня подписал бы и указ на смертную казнь себе самому, если бы такое вообще было возможно. Но к психологу Кира не пойдет. Ни за что.

Корюхова не унималась, видимо, определив рассеянность Киры как испуг:

– Я знаю, что с вами произошло в Москве. Вас избили и живьем закопали в могиле, и, если бы не собака, почуявшая вас, вы бы погибли. Вы пережили серьезное психологическое потрясение, и если причина произошедшего исключительно на вашей совести, то последствия могут сказаться на нашем общем деле. Поэтому необходимо удостовериться, что последствия не скажутся отрицательным образом на вашей работе в МВД.

Кира смотрела на оппонента внимательно и долго. Она не могла определить, чем та раздражает ее сильнее: своими корректными, обтекающими, социально одобренными фразами или просто глупостью, по причине которой прицепилась к ней как банный лист к заднице, пытается вывести из себя человека, который в состоянии дать сдачи.

– Формально я не работаю на МВД, поэтому нет необходимости тратить время на обследование у психолога, – бесцветно произнесла Кира. – Со своим руководством из Краснодара мы решили этот вопрос.

– Не знаю, по какой причине к вам так лояльно ваше руководство из Краснодара. Но у нас строго соблюдается это правило. Никто не может работать без экспертизы у психолога. Обязательное условие, – майор Корюхова развернула пару листов бумаги и протянула Кире. – Вот ваше направление, подпишите, что ознакомлены, и подтвердите посещение. Специалиста вызвали специально ради вас.

Кира сморщила нос. Она сосредоточенно смотрела перед собой на человека, у которого напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения.

– Я знаю, почему вы так упорно не хотите посещать психолога, – в голосе Татьяны Николаевны звенели торжество и радость победы. Кира округлила глаза. – Я давно провела исследование, наблюдение и сама установила. У вас диссоциальное расстройство личности[12].

Кира вскинула одну бровь и поднялась из кресла.

– Не может быть!

Татьяна Николаевна восторженно продолжила:

– Все признаки налицо. Отсутствие внутренних авторитетов – есть. Легкость и поверхностное обаяние – есть.

– О! Вы преувеличиваете!

– Чувство собственной важности – с лихвой! Хитрость – да. Талант к манипулированию, непредсказуемость и неуправляемость. Неспособность отвечать за собственные поступки – в полном объеме. Вы клиническая психопатка!

– Вы меня раскрыли! Я в ужасе!

– Вам не место в МВД. Вам место в психиатрическом стационаре!

– Прежде чем попытаетесь меня туда упечь, вспомните о своей хомячковой фобии.

– Это не является препятствием к работе, – Татьяна Николаевна раздувала ноздри, словно капюшон кобры. – Я проходила психологическую экспертизу.

– Это они не знают, что проверять, – хмыкнула Кира. – Мертвых животных тоже боитесь? Некрофобия, кажется.

– Ничего я не боюсь. Я заслуженный сотрудник МВД.

– Вспомните, как пахнет дохлая мышь. Отвратительно. От запаха невозможно избавиться. Он преследует повсюду. – Кира вплотную приблизилась к женщине. – Хомячки воняют еще хуже и сильнее.

– Причем здесь…

– У вас в кармане труп хомяка. Теперь вся ваша форма будет вонять дохлыми мышами. Не отстирать и не отчистить.

Татьяна Николаевна замерла, побледнела, медленно повела рукой по своему телу, нащупала мягкий комок у себя в кармане…