Читаем Триггер тьмы полностью

— Я уговорил своих старших братьев подключиться к проекту по созданию квантового диагностического аппарата. По моему замыслу этот прибор должен был моделировать качество молекулярных связей каждого органа человека на протяжении всей его жизни. Путём анализа сверхогромных пластов данных создаваемый мной аппарат должен был диагностировать рак и другие опасные болезни задолго до их обострения. Если углубляться в детали, то в теории подобный анализ должен был прогнозировать все болезни сразу после рождения человека.

— Звучит интересно, но как можно просчитать всё на свете? Ведь человек может просто потерять конечность в бою или неуклюже споткнуться и сломать себе ногу.

— От неожиданностей никто не застрахован, но генетические и другие злокачественные связи, которые могли сразить организм в будущем, выявить было вполне реально. Дело в том, что в организме человека больше тридцати триллионов клеток, и каждая из них тесно связана со своим соседом. А ещё стоило брать в расчёт, что живой организм полностью обновляется каждые семь лет, приобретая совершенно новую энергетическую структуру. Для таких целей мы с братьями собрали команду из восьмидесяти человек и самые совершенные вычислительные машины на тот момент времени.

— Но у вас всё равно что-то пошло не так, как вы планировали?

— Откуда ты знаешь?

— В противном случае разве мы бы сейчас с вами сейчас говорили? Но почему вы вдруг задали подобный вопрос, если этот диалог с вами уже произошёл?

— Ты хочешь сказать, почему я задал вопрос, на который уже знал ответ?

— Точно.

— Юноша, ты ещё слишком молод и поэтому не понимаешь. Знание правильного ответа отнюдь не гарантирует защиту от возможной ошибки. Поэтому ты должен был задать этот вопрос, чтобы услышать необходимый ответ.

— Иначе я мог упустить важную деталь?

— Звучит упрощённо, но в целом верное предположение, — похвалил свет, довольно завибрировав. — Итак, к исходу третьего года после старта проекта мы поняли, что нашим идеям не суждено было сбыться. Диагностике поддавался слишком короткий промежуток времени, а после прогнозирования состояния структуры организма длиною в год появлялись критические ошибки. Чем более длительный период мы пытались охватить, тем серьёзнее были ляпы у вычислительной машины. Квантовому вычислительному модулю не хватало мощностей для проведения достоверного анализа. Без приемлемой точности наша работа ничем не отличалась от обычного медицинского оборудования.

— Вы пошли на отчаянный шаг?

— Всё так, Бранд, я решил рискнуть. Ведь если что-то упорно не получается, то это нужно менять. В конце концов, я уговорил одного из братьев пойти на риск. Попросил Виктора связаться с экспериментальной лабораторией, где проходили испытания вычислителя с биотехнической начинкой. Мне пришла в голову идея совместить два экспериментальных проекта, чтобы удивить наших спонсоров. Откуда мне было знать, что подобный симбиоз приблизит ужасную катастрофу, которая едва не уничтожит изначальный мир?

— Выходит, вы были одним из создателей искусственного Бога?

— Создателем, хм, слишком громко сказано, юноша, — печально ответил свет и после недолгого молчания продолжил: — Всего лишь одним из большого количества кураторов огромного проекта. В создании нового Бога виноваты люди, которые требовали быстрых результатов. Спешка повлияла на появление просчётов, а за ними потянулся целый ворох проблем. В итоге перед запуском проекта нас с братьями выгнали на улицу. Не посмотрели даже на то, что Виктор был заместителем главного инженера. Все участники объединённого проекта уважительно называли его мастером. Но вернёмся к нашему исходу. Это произошло из-за того, что к тому моменту мы набрали слишком много долгов, которые были не способны погасить в нужный срок. Но новый Бог не забыл тех, кто приложил руку к его созданию. Мы вошли в первую сотню человек, кто получил частичку его изначальной силы. Если бы мы знали тогда, к чему это приведёт…

— Кем был Новад?

— До превращения в уродливое существо Новад был моим старшим братом. Я уже упоминал его до этого. Его имя Виктор. Он обладал удивительным чутьём, которое помогало ему добиваться нужных результатов даже в безысходной ситуации. Я считаю, Виктор совершил в своей жизни всего одну единственную ошибку — он связался со мной. Наш старший брат, которого зовут… вернее, звали Андреем, всегда скептически относился к моему проекту и до самого конца пытался уговорить нас обоих оставить все попытки создать отвратительную Химеру.

— Почему вы не послушали его?