Читаем Тридцать свиданий полностью

— Нет. Но вы шестые, и вполне справедливо. И, как ты правильно отметила, сумма не такая уж впечатляющая. Я просто срежу по десять тысяч с каждого из пяти первых. Они вряд ли заметят.

— Я… эээ… спасибо.

— Не благодарите меня. Это станет нашим специальным британским проектом. Вы будете сотрудничать с Дарси по вопросам возможного размещения информации и рекламы в средствах массовой информации и с Кевином по вопросам оформления всех ваших наглядных материалов. Мы ждем от вас активной деятельности в сфере налаживания и поддержания контактов с общественностью и ежегодных приглашений на какие-либо значительные мероприятия, посвященные теме защиты выдр.

Ее губы растянулись в улыбке.

— Разумеется.

И тут же поняла, что снова работает на Гарри Митчелла.

Черт.

— Мисс Дин, можно вас на минуточку?

Эх… почти сбежала. Она даже вызвала лифт.

Вздохнув, Иззи обернулась:

— Мистер Митчелл.

Он огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что они одни.

— Красивая игра.

— Что ты имеешь в виду?

— Именно это. Хорошая игра.

— Это не игра. «Лутра Фонд» имеет такое же право обратиться к «Бродмор НатАли» за поддержкой, как и любая другая организация.

— Именно поэтому ты не указала свое имя на заявлении?

Иззи ощутила предательское тепло на затылке — но это было не только смущение из-за того, что ее уличили. Иззи думала, что если на заявлении будет стоять ее имя, то это уменьшит шансы фонда на получение денег.

— Генеральный директор фонда подписывает все наши заявки на участие в тендерах. Я не пыталась ничего скрыть.

Боже, всего двадцать секунд наедине с ним, и он уже ставит под сомнение ее порядочность, честность и неподкупность.

— Если это так оскорбляет тебя, почему ты включил нас в список кандидатов?

Лифт пришел пустым, и Гарри почти втолкнул ее внутрь.

— Я чувствовал определенное давление.

— Потому что я бывшая сотрудница?

Он улыбнулся и пробормотал сквозь зубы:

— Потому что мы переспали.

Только сейчас она осознала, что Гарри встал так, чтобы его высокая фигура закрывала ее от камеры наблюдения в кабине лифта. И что его ладонь, опирающаяся на маленький динамик и микрофон над кнопкой экстренного вызова, вовсе не случайно там оказалась. Он не хотел, чтобы этот разговор был записан.

Если бы она не знала его так хорошо, то решила бы, что он оберегает ее.

Но Гарри Митчелла интересовал только один человек на свете.

Иззи вспыхнула от обиды и оскорбления:

— Ты думаешь, я бы использовала это в своих интересах?

— Я бы так и поступил.

«Не сомневаюсь».

— Я — не ты.

— Ты же воспользовалась знаниями нашего бизнеса изнутри, подготовила идеальную заявку. И попала в шорт-лист.

— Я легко могла бы найти всю эту информацию в вашем годовом отчете.

— Я тебя умоляю. Ты наверняка надеялась, что профессиональные отношения с коллегами по комиссии увеличат твои шансы на успех. Даже не пытайся убедить меня в обратном.

— Ключевое слово здесь «профессиональные». — То, что произошло между ними, было личным. Очень личным. — В любом случае откуда я могла знать, что ты будешь в комиссии? Это не было указано в письме, которое пришло из вашего офиса.

Он прищурился, услышав эту неудобную правду.

— Почему ты сам сидел в комиссии, Гарри?

— Если хочешь, чтобы что-то было сделано хорошо, сделай сам…

То ли из-за нахлынувшей на нее ярости, то ли из-за внезапного торможения лифта, остановившегося на первом этаже, ноги у Иззи подкосились, и ей пришлось ухватиться за богато украшенные перила за собой.

Двери лифта начали медленно открываться, но Иззи поспешно нажала на кнопку закрытия дверей и удерживала ее какое-то время.

— К твоему сведению, я обратилась с заявкой в «Бродмор», потому что была знакома с вашей системой и приоритетными задачами, и да, потому что я надеялась, что люди, с которыми я работала в комиссии, помогут мне попасть в финальный список кандидатов. Но не потому, что я ждала от них одолжения, а просто потому, что знала: Дарси и Кевин открыты для новых идей и смогут оценить убедительную профессиональную презентацию. Я понятия не имела, что ты будешь в этой комиссии, и, разумеется, я не собиралась использовать ни свой предыдущий опыт работы, ни наше короткое… приключение… чтобы повысить свои шансы. Если честно, я изо всех сил стараюсь забыть и то, и другое.

— Может быть, за пятьдесят тысяч мне стоит сделать то же самое.

Она выпрямилась. Все, с нее хватит.

— Твои критерии отбора кандидатов и причины утверждения нашей заявки, какими бы параноидальными они ни были, — это твое дело, — сказала она. — Я знаю, почему я пришла в «Бродмор», — хотя задним числом эта идея уже не казалась ей такой блестящей, — и я знаю, что моя заявка была убедительной, потому что за несколько недель меня уже включали в пару других шорт-листов. Так что я могу спать спокойно.

— В той маленькой одинокой постели.

Все ясно. Он хотел возбудить, взбудоражить ее. Чтобы она вспомнила, как они вместе ворочались, извивались и потели на той кровати. Но она не доставит ему такого удовольствия.

— Восемь часов полноценного глубокого сна. Когда в последний раз у тебя такое было, Гарри?