Читаем Трибунал для Героев полностью

Все детали многочисленных ковпаковских операций — длительных боевых походов и рейдов по вражеским тылам и территориям, еще не охваченным партизанским движением, прорабатывались при непосредственном участии С. Руднева. Смысл его с Ковпаком задумки заключался в быстром, маневренном и скрытном передвижении по тылам противника, нанесении неожиданных сокрушительных ударов по врагу и создании на этих территориях новых очагов партизанского сопротивления. Одна из первых таких операций — рейд, проведенный в 1942–1943 годах, из брянских лесов на Правобережную Украину — по Гомельской, Пинской, Волынской, Ровенской, Житомирской и Киевской областям. Удары по врагу были нанесены тогда весьма ощутимые. А главное они заставили поверить простых людей в то, что враг будет повержен.

Следующий рейд был проведен летом 1943 года, в канун Курской битвы, по приказу Центрального штаба партизанского движения. Он вошел в историю как Карпатский рейд. Его особенностью было то, что огромное партизанское соединение перемещалось на значительные расстояния по открытой, не покрытой лесом территории. С боями прошли несколько тысяч километров. А начиналось все в Спадщанском лесу.

С. Ковпак вспоминал, как, уходя из этого леса, они хоронили первых погибших партизан:

— Место для их могилы выбрали недалеко от землянок, в глухой чаще, чтобы немцы не нашли могилы и не осквернили ее. Земля уже промерзла, рыли с трудом, торопились. За ночь надо было выйти из лесу и скрытно проскочить между хуторами, в которых расположился после боя противник. Перед могилой собрались все семьдесят бойцов и командиров с оружием, гранатными сумками, заплечными мешками. Тут же стояли две запряженные в подводы лошади — наш обоз. Было темно, люди стояли молча, и вдруг раздался голос:

— Товарищи! Поклянемся!..

Кто говорит, не видно, только по голосу узнали: Руднев.

Все придвинулись к могиле, собрались вокруг нее тесным кругом. Что было тогда у людей на душе, все сказали они в клятве, которую произнесли, повторяя слова комиссара. Высказали всю накипевшую злобу, всю ненависть к немцам — за погибших товарищей, за то, что приходится уходить из родного района, за семьи, оставшиеся в селах. За все клялись мы отомстить…».[149]

И отомстили. В октябре 1942 г. ковпаковцы прорвали вражескую блокаду вокруг Брянского леса и ушли на правый берег Днепра. За месяц они прошли по тылам противника около 750 км., взорвали 26 мостов, 2 эшелона, уничтожили 5 броневиков и 17 машин. А в период своего второго рейда, — с июля по октябрь 1943 года, — разгромили десятки немецких гарнизонов на территории Западной Украины, пустили под откосы несколько эшелонов, блокируя подвоз войск и боевой техники к Курской дуге. Кроме того, вывели из строя нефтеперегонные заводы, нефтехранилища и нефтепроводы, расположенные в районе Дрогобыча и Ивано-Франковска.

Как писала газета «Правда Украины»: «Из Германии летели телеграммы: изловить Ковпака, запереть в горах его отряды. Двадцать пять раз смыкалось кольцо карателей вокруг районов, занятых партизанским генералом, и столько же раз он уходил невредимым».

Гитлеровцы действительно бросили на уничтожение партизанского соединения С. Ковпака элитные эсэсовские части, подключили авиацию. Но многие ковпаковцы полегли вовсе не в боях с фашистами. А в ожесточенных схватках со своими же братьями по крови — боевиками Украинской повстанческой армии. В том числе, видимо, и комиссар Руднев, а также его сын Радик. На завершающем этапе Карпатского рейда их убили возле горного гуцульского села.

П.П. Вершигора в упомянутой книге так описал обстоятельства смерти Руднева:

«Я много видел горя на своем веку: остался трехлетним мальчуганом без отца; на моих руках, когда мне было всего двенадцать лет, умерла мать. Я видел скорбь людей в жизни и изображение ее на полотнах мастеров, но лицо Григория Яковлевича, освещенное догоравшим костром, врезалось мне в память на всю жизнь. Теперь уже не было надежды. «Комиссара нет с нами…» — говорили глаза, морщины, губы Базымы. «Нет Семена Васильевича! Нет!»

Но отряд был жив. И надо было жить, бороться, двигаться дальше.

Как все эти два года, прошедшие в тылу врага, верный своим привычкам Базыма записал в памятную книжку: «Как выяснилось впоследствии, противник до 24.00 3.8.43 с направления гор. Делятин и Коломыя в районе села Ослава Белая подбросил живую силу на 96 автомашинах, общей численностью до 1000 человек, где и занял оборону. Данные такой обстановки для командования в/части были совершенно неожиданны. В бою 4.8.43 пал смертью храбрых комиссар 4 СБ т. Шульга и пропал без вести комиссар в/части генерал-майор т. Руднев Семен Васильевич. Всего в бою под Делятином и в самом городе уничтожено солдат и офицеров противника 502 человека, автомашин — 85, танков — 2, мотоциклов — 3, велосипедов — 2, складов — 2, гараж — 1, железнодорожных станций — 1, железнодорожных эшелонов — 1, железнодорожных мостов — 2, шоссейных мостов — 3. Взято трофеев: минометов — 2, станковых пулеметов — 5, ручных пулеметов — 10, винтовок — 15, пистолетов — 35, патронов — 11 000».