Читаем Три судьбы под солнцем полностью

Энди почувствовала, как у нее отвисла челюсть. Мысли захлестнули разум. Бостон – невестка Уэйда, так что нет ничего удивительного в том, что она что-то сказала. Но все же… Разве не существует женской солидарности или вроде того? То, что Уэйд упомянул об этом в разговоре, могло означать одно из двух: либо он заинтересовался, либо хочет, чтобы она исчезла. В эмоциональном смысле, конечно, ведь если Энди внезапно уедет, то Уэйду не видать всей суммы за ремонт.

– Да, но не бери в голову, – сказала она и откашлялась. – Ходят слухи, что я лесбиянка, так что ты в безопасности.

Темная бровь приподнялась.

– А ты лесбиянка?

– Нет.

– Хорошо.

Хорошо? То есть… хорошо?

Он выпрямился.

– Я думаю, это было бы чересчур.

Энди поймала его взгляд. Она была высокой, но Уэйд был намного выше, и ей пришлось запрокинуть голову, когда он подошел ближе.

– У меня есть дочь.

– Я с ней познакомилась. Она потрясающая.

– Я тоже так считаю.

Он придвинулся еще ближе. Не прикасаясь, но определенно вторгаясь в личное пространство. Ее женская натура изготовилась к лобовой атаке, но Энди изо всех сил старалась не обращать внимания на мольбы изголодавшегося тела.

– Мы работаем вместе, – сказал Уэйд, протягивая руку и касаясь ладонью правой стороны ее лица. – Ты и я. Это усложняет ситуацию.

– Я очень хорошо умею решать проблемы, – пробормотала Энди. И подумала, что быть этого не может: ее мускулистый, очаровательный, широкоплечий подрядчик смотрит ей в глаза с интересом, который различило даже ее неопытное «я».

– Я собирался пригласить тебя на ужин, – сказал он. – Но вместо этого хочу сделать вот это.

Уэйд нагнулся и прижался губами к ее губам. Предыдущий первый поцелуй Энди испытала больше десяти лет назад. Больше всего ей запомнилось, что она чувствовала себя неловко и неуверенно. Но теперь она ощутила жгучее желание, возникшее от поцелуя мужчины, который явно знал, что делает.

Его губы прижались к ее губам со смесью голода и нежности. Энди чувствовала себя желанной и одновременно странным образом в безопасности. С ростом сексуального напряжения исчезла нервозность, и она позволила себе расслабиться.

Уэйд положил свободную руку ей на талию и притянул к себе. Она охотно подалась навстречу, автоматически обвив руками его шею. Он оторвался от ее губ, чтобы поцеловать ее нос, а затем каждую щеку, прежде чем снова прикоснулся губами к губам. Невольно она приоткрыла губы, и он скользнул языком внутрь.

Ее желание буквально взорвалось. Не было иных слов, чтобы описать прилив голода, который вспыхнул в крови. Груди набухли за считаные секунды, требуя его прикосновений. Энди ощутила тяжелое, почти судорожное возбуждение между ног.

Уэйд поднял голову и посмотрел на нее.

Расширенные зрачки, радостно подумала она. Он не притворяется!

– Неожиданно, – пробормотал Уэйд и снова легко поцеловал ее. – Весьма неожиданно.

– Еще.

– Конечно.

Где-то в передней части дома что-то упало на пол. Уэйд выпрямился и отступил назад.

– Мне нужно проверить.

– Хорошо.

Секунду они смотрели друг на друга, а потом он ушел.

Энди воспользовалась новыми шкафчиками – прислонилась к одному из них, пока дыхание медленно приходило в норму. Все тело покалывало, и она знала, что улыбается как дура. Но это ее не волновало. Насколько она могла судить, жизнь на Ежевичном острове только что стала очень, очень интересной.

– Шпионишь за соседями? – спросил Зик.

Бостон отошла от окна и рассмеялась.

– Кажется, Уэйд интересуется Энди, а я случайно узнала, что она интересуется им. За этим забавно наблюдать.

Ее муж застонал.

– Не вмешивайся. От этого всегда одни неприятности.

– Ничего не могу с этим поделать. Кроме того, мне бы хотелось, чтобы ты поговорил с братом. Он осторожен, потому что Энди – врач. С чего бы это?

Они прошли на кухню. Зик подошел к холодильнику и достал два пива. Снял крышки и протянул ей бутылку. Она устроилась на одном из табуретов, а он прислонился к барной стойке.

– Я бы на его месте тоже беспокоился, – сказал он.

– Почему? Какое это имеет значение?

– Она умная. – Зик пожал плечами. – Училась в колледже и мединституте. Он – нет. В этом разница.

– И что? Это дает им повод для общения.

– Она, вероятно, зарабатывает столько же, сколько он. А может, даже больше. У некоторых парней с этим проблемы.

– Значит, они идиоты. Несколько лет я зарабатывала больше тебя. Тебя это беспокоило?

– Нет, но это совсем другое.

– Почему?

– Не знаю. Другое, и все. Ты же художник. Ты не можешь не быть талантливой.

– Но Энди выбрала профессию врача.

– Слушай, ну я не знаю. Просто есть разница. Я не говорю, что это совсем уж помеха, но Уэйду придется хорошенько над этим поразмыслить. Нас воспитали в убеждении, что мужчина должен обеспечивать свою семью. А если это не нужно? В чем тогда смысл?

Бостон уставилась на него.

– Желание выйти замуж не обязательно должно быть связано с деньгами. Как насчет любви и преданности? Разве этого не достаточно?

– Большинство парней не умеют так хорошо говорить о своих чувствах. Проще выписать чек.

– До или после того, как ты схватишь меня за волосы и потащишь в свою пещеру?

Он улыбнулся.

– Тебя интересует ответ?