Читаем Три революции полностью

И все же ленинская концепция, исходящая из реального положения вещей и "подгоняющая" под него теорию, была сложна для понимания. То, что буржуазную революцию делает пролетариат в союзе с крестьянством и он же должен установить буржуазную республику и провести - первоначально - буржуазные преобразования, не укладывалось в головах марксистов и даже многих большевиков. Особенно в свете того, что в России из Временного комитета Госдумы формировалось внешне вполне аутентичное буржуазное правительство. Крайне велик был соблазн поверить, что страна идет по классическому западному пути, буржуазная революция произошла, сложившийся порядок надолго, и нужно идти на сотрудничество с буржуазией с целью отстаивать экономические права рабочих и крестьян.

По такому пути пошли "соглашатели" - меньшевики и эсеры. Шляпников в своих мемуарах вспоминал: «До обсуждения вопроса о власти среди членов Исполнительного Комитета (Петроградского Совета - Д.Л.) в предварительных беседах уже наметились три основные линии: первая - социалисты не могут взять власть в эпоху буржуазной революции, вторая - поддерживаемая оборонцами - социалисты должны войти в соглашение с буржуазией и принять участие в правительстве, и, наконец, третья - позиция тогдашних с.-д. большевиков, предлагавших взять дело управления страной в руки революционной демократии путем выделения Временного революционного правительства из состава большинства Совета.

Выступал с видом государственного человека, свободного от партийной «узости», Н. Суханов, предупреждая Исполнительный Комитет и особенно кивая в нашу сторону, что наша агитация может отпугнуть буржуазию, и она не согласится взять власть. Из этого он делал вывод: не обострять отношений с Комитетом Государственной Думы, не вести «левой» (то есть нашей) антидумской и антивоенной агитации, иначе дело революции погибнет» [5].

Шляпников уверенно проводил ленинский курс - в первых семи номерах воссозданной «Правды» осуждалось существовавшее Временное правительство как «правительство капиталистов и помещиков», и высказывалась мысль о том, что именно Советы должны создать демократическую республику. По вопросу о войне 10 марта 1917 года была опубликована резолюция Русского бюро, призывавшая к превращению империалистической войны в гражданскую в целях освобождения народов от угнетения правящих классов.

Однако уже наметились и противоречия. Петербургский комитет партии, перешедший после Февральской революции на легальное положение и даже увеличивший число своих членов, склонялся к "западнической" трактовке революционных событий, к поддержке Временного правительства. В случае с ПК сложились вместе все причины - и желание немедленно поучаствовать в политике, и ортодоксальный марксистский подход, и влияние на мнение молодых большевиков авторитетных политических лидеров из числа меньшевиков и эсеров.

2 марта на заседании Совета рабочих и солдатских депутатов решался вопрос о власти – обсуждалось соглашение с Комитетом думы о составе Временного правительства. «После прений, - пишет Шляпников, - были поставлены на голосование все предложения Исполнительного Комитета и, как идущее против этих предложений по существу вопроса о власти, наше предложение о создании власти Советом».

«Из всех присутствовавших в обеих комнатах, вероятно человек до 400, за наше предложение голосовали всего 19 человек, - продолжает он. - Многие из членов нашей партии, члены Совета, поддались тому враждебному настроению, которое было создано речами противников против нас, и не только не голосовали за наше предложение… но даже голосовали против нас… В нашей фракции в те дни было уже человек сорок. Если допустить, что некоторые не могли попасть на это собрание, то и тогда число политически «убоявшихся» было значительно» [6].

«Мы боялись лишь одного, - говорит лидер Русского бюро, - дезорганизации наших собственных рядов вследствие чрезвычайно тяжелой атмосферы, которая создавалась против нас» [7].

Вскоре сбылись самые худшие опасения. Когда 5 марта 1917 года Молотов в качестве делегата Русского бюро вынес на рассмотрение Петербургского комитета резолюцию о власти, осуждающую Временное правительство, как неспособное «осуществить основные революционные требования народа» и стремящееся «свести настоящую демократическую революцию к замене одной правящей клики другой кликой», большинством голосов резолюция была провалена.

Шляпников вспоминал: «Собрание Петербургского Комитета было многочисленное, с представителями от районов и членами агитационной коллегии... Прения приняли весьма оживленный характер. Работники Петербургского Комитета… заметно качнулись вправо. Очевидно, та победа социал-демократов меньшевиков и социалистов-революционеров на последнем пленуме по вопросу о власти и послужила этим психологическим толчком для Петербургского Комитета, двинувшим его направо. В результате обсуждения Петербургский Комитет разделился на две части. Меньшинство стояло на позиции Бюро Центрального Комитета… и большинство, предложившее другую резолюцию» [8].