Читаем Три покойных кормильца полностью

Старший сын Николая, пятилетний Алёша, сидел за столом и увлеченно занимался раскрасками. Фломастеры и карандаши валялись повсюду – на столе, под столом, по всей комнате. Двое других малышей, брызгая слюной, озвучивали всевозможные машинки, которые они катали по горам, сложенным из подушек.

Алёша закрасил Красную Шапочку зелёным, полюбовался на неё с высунутым языком и отправился на кухню за овсяным печеньем. Лера наливала детям сок:

– Попьёшь, ребятам тоже отнеси.

– Мама… – Алёша стоял на кухне и демонстрировал Лере альбом раскрасок, – я корзинку не закрашивал, она сама.

– Ну, может, Сашка закрасил, пока ты за соком бегал.

– И Сашка не закрашивал. И Никита, наверное, не закрашивал…

– Разбирайтесь сами. Кто-то пошутил, а ты теперь ходишь кругами…

– Я тоже хочу попробовать, – заявил Стас сразу после окончания танца восторга.

– Пробуй. Только ребёнка мне не напугай. Он от корзинки-то в себя не может прийти. – Николай с любовью глядел на сыновей.

– А после Стаса я попробую! – Василий почти по-детски встал в очередь за спиной инженера.

Стас сунул руку в стену под розеткой и чуть-чуть поголубел. Лампа опять начала мерцать, а в розетке заискрило. Алёша поискал глазами серый фломастер, не нашел и полез под стол. Стас этим воспользовался. Держа пальцы правой руки в стене под розеткой, он левой рукой едва дотянулся до синего фломастера. После чего благополучно закрасил Волку хвост.

Алёша вылез из под стола с серым фломастером, уже высунул было язык, чтобы расправиться с волчьим хвостом, но, увидев его неожиданно синим, округлил глаза, сказал «мама» и описался.

– Блин, Стас! – заволновался Николай, – ты чего?

– Да это не страшно, это для него как волшебство.