Читаем Три покойных кормильца полностью

Похмелье застало их ночью в Большом доме, в кабинете Игоря Ивановича Оборотнева. Стас и Николай понуро сидели на старом диванчике, Василий ходил по кабинету и вслух размышлял.

– Нет. Не бывает у привидений похмелья. Не может быть! Это вы зря кукситесь. Вот у смертных – да. Я бывало, если когда злоупотреблю, так утром – в баньку. На Большой Пушкарской. С веничком. Если народу много, так я в парилке на камни ковшиков 15 плесну, все и выходят на фиг! А по мне, так в самый раз. У других ушки в трубочку заворачиваются и опадают, а я в шапочке прихожу. У меня такая красная, из мохера, тещина. Мужики орут, но выметаются! И полное раздолье! Так я еще пяток ковшиков кину – и всё! И хорошо! Жар стоит такой, что… слюна во рту кипит! А зато весь алкоголь из организма уходит и по полу стелется! А я его еще веничком подгоняю, веничком… Березовым чаще, но и дубовый хорошо. А однажды эква… эквалипнутый купил! Ароматный!

– Эвкалиптовый… – поправил Стас.

– Чё?.. А всё равно хорошо!.. А потом, распаренный, в буфете сто пятьдесят тяпнешь и селедочкой на черненьком хлебце заешь. А на хлебушке еще пара колечек лука репчатого. Замаринованного в уксусе… И никакого пива!.. Ох…

– Что мы с деньгами-то делать будем, а? – тихо спросил Стас кабинетный сумрак. – У моих теперь ни копейки. У тебя, Васька, тоже… А сумку Николая нам отсюда никак… – он покосился на сейф.

Николай молчал.

Василий потянулся и почесал спину между крылышек:

– Вообще… Если бы сумка на первом этаже была… Или если бы окна были без решеток… И еще если бы электричество…

– И еще если бы у нас крылышек не было… – вставил Николай.

Пашу разбудил ночной телефонный звонок. Тяжело провернувшись рядом с безмятежно спящей супругой, он взял трубку:

– Кто?.. Что?.. За мной? Как это следили? Кто?.. Вечером?.. У ресторана?.. А что не зашел?.. Да сам ты тупой!.. Да знаю я, что ты профессионал! Говори по существу, Витек!.. Да какие 50 секунд!

В трубке зашуршали гудки отбоя. Паша некоторое время непонимающе смотрел на трубку, затем положил её на аппарат и раздраженным шепотом повторил:

– «Засекут! Засекут!» Профессионал хренов… Не профессионал, а паникёр!