Читаем Три недели в Советском Союзе полностью

К полному удовлетворению Сергея Александровича военные облегчённо вздохнули. Исполнять чужие приказы им было всё-таки куда легче, чем сами отдавать приказ о начале войны. У глав государств, похоже, была точно такая же точка зрения и они подозрительно быстро переложили всю ответственность на главного координатора Комитета Мира Сергея Чистякова, которого немедленно восстановили в прежней должности. Президент Советского Союза Николай Зимин даже облегчённо вздохнул и горестно разведя руками, мол делать нечего, сказал:

— Действуйте, господин главный координатор.

Сергей Александрович сухо поблагодарил их всех:

— Спасибо, что вы так быстро приняли решение. — После этого он нацелил поточнее на себя крохотную видеокамеру, посмотрел на то, как смотрится на экране, велел растянуть позади себя флаг Комитета Мира и как только всё было готово, включив передачу сигнала в прямой эфир сразу по всем каналам телевидения на всей планете, заговорил по-арабски — Саддам, шелудивый сын собаки и шайтана, к тебе и твоим шахидам обращаюсь я, кого в арабском мире давно уже называют Акбар Раффи и про кого говорят, что он встречался с посланником Аллаха на Земле. Внесу ясность, я и есть посланник Аллаха. Ты подписал себе смертный приговор, напав на братьев по вере и крови, и тебя ждёт смерть, а теперь я обращаюсь к твоим шахидам, спрятавшимся по твоему приказу в подвалах. Если вы произведёте химическую атаку, то ваши трупы будут скормлены свиньям, а на весь ваш род падёт страшная кара за ваши преступления и там, где вы родились, даже на месте цветущего сада будет во веки веков безжизненная, мёртвая пустыня. Поэтому сдавайтесь, если хотите сохранить жизнь своим родным, близким и друзьям. Теперь я обращаюсь к народу Ирака. Если вы хотите и дальше видеть свою страну независимой и свободной, то вы должны остановить безумцев. Солдаты иракской армии, вас всех ждёт страшная участь, если вы немедленно не остановитесь, не арестуете своих офицеров и не сдадитесь на милость тех, на кого напали. Я, Акбар Раффи Сергей Чистяков, даю вам ровно час, после чего в Ирак вторгнутся войска Корпуса Мира. Этого Ираку уже не избежать, но вы ещё можете смиренно принять неизбежное, иначе воды Тибра и Евфрата покраснеют от крови. Это мой вам ультиматум и последнее обращение. Больше никаких других увещеваний уже не будет. Самолёты с авиакосмическим десантом уже в воздухе. Не навлекайте на себя гнев Аллаха, покоритесь судьбе.

Генерал Исмаил Сабах, начальник генерального штаба Сирии, услышав этот ультиматум облегчённо вздохнул и сказал:

— Акбар Раффи, я давно уже знаю о том, что ты посланник Аллаха. Теперь тебе придётся рассказать об этом всем, а не только одному своему другу президенту Арафату.

Сергей Александрович пожал плечами и ответил:

— Теперь я буду просто вынужден сделать это, господин генерал, ведь не зря я поднял в воздух самолёты именем Аллаха.

Это действительно было так. Едва только Сергей Чистяков произнёс имя Саддама Хусейна, войска быстрого реагирования дислоцированные не только в странах поблизости от Ирака, но даже в США и на Кубе, были немедленно подняты по тревоге и самолёты тотчас взлетели с аэродромов базирования. Поэтому-то их и называли войсками быстрого реагирования, раз их передовые подразделения были готовы к вылету круглосуточно. Одновременно с этим по всему миру была объявлена угроза химического нападения противника. Ультиматум Сергея Чистякова повторяли в эфире непрерывно, показывая его по телевидению и транслируя по радио. Не узнать о том, чем ответил Комитет Мира на агрессию Ирака, мог только слепоглухонемой, а таких в шахиды не брал даже Саддам Хусейн. Похоже, что его обращение к шахидам возымело действие, раз нигде тотчас не были распылены боевые отравляющие вещества.

Ударная группа отдельной 10-й Бакинской бригады авиакосмодесанта советских ВДВ, состоящая из двенадцати тяжелых гиперзвуковых десантных самолётов «Ту-190» пересекла границу Ирака уже через семнадцать минут. Шесть батальонов десантировались с высоты в восемь километров над Багдадом и голубые береты, облачённые в стратосферные боевые комбинезоны, в затяжном прыжке полетели вниз, а остальные шесть бортов помчались к Кувейту. На высоте в три километра за спиной каждого крылатого пехотинца раскрылся небольшой тормозной парашют, а на высоте в шестьсот метров — основной парашют-крыло. Лишь в нескольких районах города солдаты президентской гвардии Саддама Хусейна открыли по советским десантникам беспорядочный огонь. Те нанесли ответный удар из лёгких ракетомётов и в центре Багдада послышались взрывы. Десантники действовали быстро, хладнокровно, жестко, но без жестокости. Первым делом они блокировали казармы и сразу же принялись разоружать иракских солдат и загонять их внутрь.