Читаем Три недели в Советском Союзе полностью

Рассказал он всю правду о «Кока-Коле» и биг-маков, о том, как немецким фермерам, не имеющим больших земельных наделов, нечистые на руку торгаши впаривают чуть ли не ядовитые корма, из-за чего они вынуждены постоянно лечить скотину антибиотиками, о махинациях с левыми запчастями к самолётам, об афёрах итальянцев с мылом, которое из солей жирных кислот превращали в жиры и бурдючили их со сливочным маслом. Своё бурное по смыслу выступление, которое он произнёс в отличии от своего выступления перед темпераментными кубинцами спокойным, ровным голосом без единого лишнего жеста и, кажется, ни разу не пошевелившись, Сергей закончил словами:

— Такая предпринимательская деятельность в Советском Союзе будет запрещена законом, за нарушение которого любой предприниматель будет лишаться лицензии на срок до трёх лет, дорогие сограждане. О том, каким должен быть бизнес, я расскажу вам завтра в это же время. Прошу не опаздывать, а теперь программа «Время», из которой вы узнаете о последних новостях.

Как только микрофон был выключен, в студии раздались громкие аплодисменты, а Нона Бодрова преподнесла ему большой букет алых роз, за что немедленно ей была поцелована рука. Сергей радостно улыбнулся и весёлым голосом спросил:

— Теперь всем ясно, товарищи, каким никогда не будет бизнес в нашей стране?

Ответом ему был одобрительный гул голосов и громкий трезвон телефонов. Это девушки из кул-центра на несколько секунд открыли двери своих кабинок. Сергей подошел к Юле, передал ей свой трофей и они пошли к выходу из студии. Нона Бодрова повела его в то помещение, где обычно собирались дикторы и стала знакомить со своими коллегами. Они были поражены выдержкой Сергея и его умением сидеть выпрямившись по стойке смирно целых два часа подряд. В этой большой комнате был включён телевизор и он посмотрел программу «Время» и даже увидел себя на экране, невозмутимого, словно сфинкс. Выпив четверть стакана чая, он зашел в туалет, а из него снова направился в гримёрную. Через пять минут он сидел в той же студии и отвечал только на те вопросы, которые были заданы по существу, о чём он сразу же и заявил. Вопросы для него отбирались целым коллективом помощников редакторов, перед которыми была поставлена одна единственная задача, — пропускать даже самые острые вопросы, лишь бы они прямо касались темы лекции.

Едва прочитав вопрос, Сергей тут же давал на него ответ строго по существу, иногда отвечая очень коротко, словами «Да» или «Нет». На некоторые вопросы он отвечал очень подробно, а на самый ехидный, кто-то спросил его, будет ли он сам придерживаться тех правил, которые установил для всех будущих советских бизнесменов, невозмутимо ответил:

— Эти правила будут установлены не мной, а двадцать пятым съездом КПСС, уважаемые господа бизнесмены, это, во-первых, а, во-вторых, я их и сейчас неукоснительно соблюдаю. Единожды солгавши, кто тебе поверит? Честь дороже прибыли.

Целый час он отвечал на записанные девушками вопросы, после чего стал принимать телефонные звонки, строго потребовав, чтобы они были сформулированы чётко и сжато. Не пожелав отвечать пару раз на чьё-то невнятное мэканье, он услышал:

— Товарищ Чистяков, вы сами верите в то, что у нас в стране всё будет не так, как на западе?

— Верю, иначе я даже не стал бы браться за это дело. — Ответил Сергей и впервые повысив голос добавил — Я буду делать это в память о миллионах погибших советских людей и ради того, чтобы все наши ветераны войны и труда получили от своей Родины всё, что они заслужили, — возможность лечиться в лучших клиниках Западной Европы и посещать самые фешенебельные курорты мира, ездить на удобных, красивых автомобилях и одеваться в костюмы от Кардена. Это то малоё, чем мы, советские бизнесмены, можем их отблагодарить за мужество и героизм, за тяжкий, непосильный труд, за волю к победе и стойкость.

Следующего звонящего узнали по голосу все телезрители и радиослушатели, так как это был Брежнев, который спросил:

— Сергей Александрович, неужели бизнесмены на западе способны на такие поступки? При всей своей неприязни к капитализму я даже помыслить не мог, что такое возможно.

Сергей слегка кивнул головой и ответил:

— Да, Леонид Ильич, это так. Я ещё смягчил некоторые оценки и не стал говорить об очень многом, но мы обязательно обсудим эти вопросы на политбюро. Прошу простить меня за то, что я не сделал вам до сих пор подробного доклада об этом.

Больше никто из высокого начальства ему в студию не звонил, зато люди стали спрашивать, как им относиться теперь к тем западногерманским товарам, которые они видят на прилавках магазина и Сергей совершенно серьёзным тоном ответил:

— Все эти товары совершенно безопасны. Западная Германия это один из самых честных товаропроизводителей в мире, а советские санитарно-гигиенические нормы едва ли не самые строгие в мире. Поэтому не бойтесь немецких товаров. Ничего опасного мы в Советский Союз не пропустим.