Читаем Три мгновения полностью

Любовник был очень нежным, каждое его движение - осторожным, чтобы не сделать больно. Но боль затопила Гарри в своей пучине: не физическая - у него разрывалась душа. Потому что, стоило лишь на миг закрыть глаза, как в голове возникала ужасающе четкая картинка: склонившийся над ним сероглазый блондин с расстрепаными волосами и закушенной губой; а в ушах звучали эти же слова, только повторял их другой голос: «Гарри… Я люблю тебя!..»

Второе мгновение. Потерянный Рай (4)

Медленно, день за днем, прошла еще неделя. Альфред был замечательным другом и удивительно чутким любовником, но Гарри все чаще ловил себя на мыслях о Драко.

«Да зачем он тебе нужен? Ты же поклялся себе, что никогда больше и не подойдешь к нему!»

«Я сойду с ума, если не увижу его!»

«Рядом с тобой любящий человек, готовый отдать все ради твоего счастья».

«Я буду с ним. Мне только нужно увидеть Драко».

Увидеть Драко. Эта мысль постепенно превратилась в навязчивую идею, и Гарри выжидал время, когда ее можно будет воплотить в жизнь.

И наконец такой день настал. Утром Альфред сказал, что вернется поздно и, поцеловав на прощанье любимого, ушел.

Гарри внутренне порадовался, что Эними настолько доверяет ему, что не закрывает дверь снаружи с помощью особого пароля, а только, чтобы никто не вошел, запечатывает заклинанием, которое Гарри без труда мог снять. В глубине души шевельнулась гриффиндорская совесть: ведь он обманывал своего друга, но желание видеть Драко перевесило.

И вот, только чуть-чуть не попавшись на глаза троим однокурсникам и профессору Флитвику, в последний момент успев ускользнуть и трижды пожалев, что у него нет с собой мантии-невидимки, Гарри стоял за колонной и смотрел на толпу учеников, направлявшихся на урок.

В самом конце, словно для того, чтоб им не мешали остальные, шли, смеясь и обнимаясь, та самая Камелия и Драко, а кто-то из пуффендуйцев во всеуслышание называл их «главной парочкой Хогвартса»…

Пришедший вечером Эними застал своего любимого сидящим на окне с засохшими на щеках дорожками слез, но не стал приставать с расспросами, а только сказал:

- Не знаю, порадует ли тебя это или нет, но Дамблдор решил, что опасность миновала, и с завтрашнего дня ты можешь идти на занятия.

Гарри спрыгнул с подоконника и, ничего не ответив, обнял Альфреда, спрятав лицо у него на груди, точно так же, как это сделал Драко в их последнее утро вдвоем.

* * *

Драко не мог заснуть всю ночь, словно в каком-то предчувствии. Перед утром ему наконец удалось задремать, но через два часа он вскочил на постели от страшного видения, на этот раз пришедшего во сне. Он снова видел Гарри в крови на полу, но теперь рассмотрел стоявшего над ним волшебника. Это был не Волдеморт, а профессор Эними.

Утром, едва Малфой вошел в Большой Зал, его чуть не сбила с ног сияющая улыбкой Гермиона.

- Гарри вернулся!

Драко вскинул голову: напротив, у другого конца длинного стола, стоял Поттер и смотрел на него. Но, как только их взгляды встретились, зеленые глаза переметнулись в другую сторону.

Драко еле смог сдержаться, чтобы не закричать от счастья на весь Зал. Стараясь сохранять спокойствие, он пошел к Гарри, а подходя ближе, все больше ускорял шаг. Подошел, стал напротив и… не смог сказать ничего, кроме:

- Поттер, ну у тебя совесть есть?! Где можно столько пропадать?

Гарри повернулся к нему, будто только увидел. Губы у него задрожали, словно он сейчас расплачется, но вместо этого Поттер твердо сказал:

- Не тебе рассуждать о совести. Шел бы ты отсюда!

Слова, как клинок, разрезали тишину, и она рваными клочьями повисла над ними.

Драко стоял как вкопанный, и не мог сказать ни слова, потому что в Большом Зале стало резко не хватать воздуха. Наконец он смог вдохнуть, и произнес:

- Что… что случилось, Гарри?

- Ты еще у меня спрашиваешь, что случилось? - закричал Гарри, и вдруг глубоко вздохнул, его лицо превратилось в каменную маску, и он совершенно нейтральным голосом поговорил:

- Уходи. И больше никогда не подходи ко мне.

Слова били не хуже пощечин. Но Драко не мог уйти, не объяснившись. Ведь этот человек перед ним - не ненавистный когда-то Поттер, а его любимый Гарри, который никогда не причинял боль даже словами.

- Гарри… Я хочу поговорить… Что произошло?

- Абсолютно ничего, - ровным голосом ответил Гарри, смотревший каким-то стеклянным взглядом куда-то мимо Драко. - Малфой, уходи, и забудь все, что было… представь, что это просто приснилось тебе. Забудь навсегда.

- Нет… Подожди, Гарри… Объясни, почему, - Драко очень боялся произнести это, и все же тихо, едва слышно произнес:

- Ты… больше не любишь меня?

Гарри подошел к нему вплотную, словно в последний раз вглядываясь в его черты, и вдруг отрывисто сказал, выделяя каждое слово:

- Я. Не. Люблю. Тебя. Я. Тебя. Ненавижу, - и, развернувшись, пошел прочь из Большого Зала, оставив Драко в осколках его разрушенного мира.

* * *

«Как? - спрашивал себя Драко, наверное, в сотый раз. - За что он так со мной? В чем я виноват, что сделал не так?». Сердце будто сжали, и не отпускают...