Читаем Три д'Артаньяна полностью

Дальше — больше. В ноябре 1616 года епископ Арман-Жан дю Плесси-Ришелье был назначен на пост государственного секретаря по военным делам и внешней политике, потом вошел в Королевский совет, а потом незаметно стал фактическим главой французского правительства. Этот новый пост требовал от него активного участия в делах, к которым до того он не имел никакого отношения.

Первый год во власти у будущего кардинала де Ришелье совпал с началом войны между Испанией, которой тогда правила династия Габсбургов, и Венецией, с которой Франция состояла в военном союзе. Эта война вызвала во Франции новый виток религиозных конфликтов.

Как это обычно бывает в подобных случаях, столь стремительное возвышение провинциального епископа не понравилось некоторым влиятельным особам. В апреле 1617 года Арман-Жан дю Плесси-Ришелье был смещен с поста первого министра, и ему пришлось спешно покинуть столицу. Сначала он вернулся в Люсон, но затем был сослан в Авиньон, где течение двух лет боролся с охватившей его депрессией, занимаясь сочинительством и богословием. Именно здесь в совершенном уединении он написал два труда: «Защита основных положений католической веры» и «Наставления для христиан».

В 1620 году Людовик XIII помирился со своей матерью, с которой он воевал больше года, и вновь приблизил епископа к трону. Существует мнение, что своим возвышением Ришелье был обязан лишь королеве-матери. На самом деле, находясь в изгнании, он вел активную переписку и с Марией Медичи, и с Людовиком XIII. Используя свой талант дипломата, он вмешался в их вражду, успешно провел переговоры и положил конец конфликту договором, подписанным 10 августа 1620 года. Однако не такой была вдовствующая королева, чтобы сразу все забыть. Как и положено любой особе женского пола, тем более столь высокопоставленной, она долго сопротивлялась, прежде чем согласиться на предложенное ей примирение. Одновременно с этим она потребовала от сына назначить умного и деятельного епископа Люсонского кардиналом. Так 5 сентября 1622 года наш амбициозный герой получил долгожданную кардинальскую шляпу.

В это время ему было 37 лет. В поздравительном письме папа Григорий XV написал ему:

«Твои блестящие успехи настолько известны, что вся Франция должна отметить твои добродетели. Продолжай возвышать престиж церкви в этом королевстве, искореняй ересь».

Во Франции же дело обстояло так: если кого-то назначили кардиналом, то и в Королевский совет, тогдашнее французское правительство, его непременно надо было включить.

На первом же заседании Совета кардинал заявил:

— Поскольку ваше величество решило открыть мне доступ в Королевский совет, тем самым оказывая мне огромное доверие, я обещаю приложить всю свою ловкость и умение, вкупе с полномочиями, которые ваше величество соблаговолит мне предоставить, для уничтожения гугенотов, усмирения гордыни аристократов и возвеличивания имени короля Франции до тех высот, на которых ему положено находиться.

Как видим, это настоящая политическая программа, хорошо продуманная и четко выделяющая основные проблемы, в срочном решении которых так нуждалась страна.

В августе 1624 года Арман-Жан дю Плесси-Ришелье стал первым министром короля, и на этом посту ему будет суждено пробыть восемнадцать лет. Несмотря на хрупкое здоровье, новый первый министр достиг своего положения благодаря сочетанию таких качеств, как терпение, хитроумие и бескомпромиссная воля. Эти качества наш герой никогда не переставал применять для собственного продвижения: в 1631 году он стал герцогом, не забывая об увеличении своего личного состояния. Но это не было для него самоцелью. В своей политике кардинал де Ришелье, как мы уже знаем, преследовал такие главные цели: укрепление государства, обеспечение главенства центра над провинциями, ликвидация могущества знати и противодействие испано-австрийской гегемонии в Европе. А еще он очень хотел покончить наконец с неугомонными гугенотами.

С каждым годом Людовик XIII все больше и больше привязывался к кардиналу. Кончилось все тем, что одни историки считают «двоевластием», другие — «успешным сосуществованием». Авторитетный историк Франсуа Блюш называет этот политический тандем «согласием, которое среди бесконечных случайностей способствовало единству суверена и его министра». К этому он добавляет, что «они были патриотами по расчету», что они исполняли свою службу «не из любви к абстрактной власти, а из врожденного чувства долга. Дело было не в службе, дело было во Франции».

Господин де Сен-Симон, большой поклонник Людовика XIII, сделавшего его отца герцогом, пишет:

«Любое из великих деяний, которые свершались тогда, происходило только после того, как было обсуждено королем с Ришелье в самой глубокой тайне».

А великий Вольтер, один из крупнейших французских философов-просветителей XVIII века, отмечая всемогущество кардинала, делает заключение:

«Ему не хватало только короны».