Читаем Третья пуля полностью

Следующие несколько дней я посвятил разработке плана. Дважды съездил на общественном транспорте к месту проведения операции, прошел пешком маршруты подхода и отхода, проследил за деятельностью полиции. Определил расстояние до ближайшего полицейского участка, после чего зашел в «Патио», сел за столик, выпил «маргаритас» и посмотрел, не будут ли бросаться в глаза движения Алика на крыше и второго стрелка в автомобиле, в котором я собирался его разместить. Я даже слазил на крышу, откуда предстояло стрелять, и попытался представить, как будут развиваться события.

После выстрела наступит мертвая тишина, за которой последует хаос. Второй стрелок, в полной готовности, будет ждать выстрела Алика. Если Алик промахнется, он выстрелит из винтовки с глушителем (я был уверен, что Лон решит эту проблему), и дело будет сделано. Но свидетели увидят все иначе. Одни будут говорить, что раздался выстрел, и голова генерала взорвалась. А что, если Алик промахнется и его пуля будет найдена? Да, риск есть, но в поднявшейся суматохе вряд ли кто-то сможет заметить ее. От второй пули – если Лон все сделал, как обещал, – не останется следа. Поскольку здание «Патио» сложено из кирпича, а стоящее за ним здание – из камня, в случае промаха Алика пуля, скорее всего, расплющится о твердую поверхность. Как бы то ни было, даже в случае наихудшего сценария развития событий появятся противоречащие друг другу версии, а произошедшее навечно останется скрытым за завесой тайны. Какие-либо серьезные улики или обоснованные свидетельства, способные привести к раскрытию нашего заговора, будут отсутствовать – если только Алик, оказавшись схваченным, что теоретически возможно, не заявит, что его заставили сделать это красные.

Самая трудная задача заключалась в разбиении плана на легко запоминающиеся части. Я попытался придумать мнемонический элемент, чтобы Алик со своими блошиными мозгами смог усвоить информацию. Я остановил свой выбор на APPLE: approach (подход), position (позиция), patience (терпение), liquidation (ликвидация), escape (отход). Я понимал, что «ликвидация» не очень подходит по смыслу. Тем не менее это слово ассоциировалось в общественном сознании с деятельностью НКВД и часто использовалось святым покровителем секретных агентов, Яном Флемингом, в его книгах о Джеймсе Бонде, которые Алик очень любил читать.

Каждое из этих слов содержало дальнейшую информацию. Например, слово APPROACH содержало набор цифр – 830 15-33—15, означавших 8.30, автобус № 15 до Тридцать третьей улицы, пятнадцать минут ходьбы по Тридцать третьей улице до зоны операции. И так далее, и тому подобное – информация для секретного агента. Я подумал, Алику понравится эта примитивная шпионская придумка, и если мне удастся разжечь его воображение, возможно, он постарается.

Я послал ему открытку, зная, что, с учетом скорости доставки почты в те дни, он получит ее на следующий день. Ее текст был лаконичен: «Техасский театр, 20.00, шоу». Это был кинотеатр, находившийся в полутора километрах от его дома, в котором, по иронии судьбы, он был арестован 22 ноября.

Алик явился вовремя. Фильм был глупым – что-то о тинейджерах на пляже – и вызывал у меня раздражение. Я увидел, как он вошел и сел. Я встал со своего места, подсел к нему и сунул ему в руку конверт с листком бумаги, на котором был изложен план.

– Дома запомните план и перепишите его себе на ладонь. Не уничтожайте листок. Вернете мне его при нашей следующей встрече. Каждый вечер изучайте план, пока не затвердите его наизусть. Я свяжусь с вами дней через десять. Операция назначена на 25 ноября.

После этого мы расстались. Вы, должно быть, помните, что в те времена копировальные аппараты были мало распространены. Копиру еще только предстояло завоевать мир, факсов не было, и существовали только чрезвычайно дорогостоящие фотокопировальные машины, производившие негативы. Так что Алик, при его стесненных финансовых обстоятельствах, вряд ли мог сделать копию плана.

Я оставил его в зале кинотеатра в тот момент, когда глупые калифорнийские девчонки, танцевавшие твист, начали исчезать в ночи. К тому времени я уже стал специалистом по общественному транспорту Далласа. Пройдя несколько кварталов к западу, оказался на автобусной остановке и, дождавшись автобуса, поехал в сторону центра. На следующий день улетел обратно в Бостон, а оттуда в Вашингтон. Теперь дело было за Лоном.

Возвращение из Далласа заняло почти целый день. Я приобрел за наличные авиабилет до Бостона, взял такси до Кембриджа, незаметно проник в отель, прокрался вверх по лестнице, спустился, оплатил номер, вновь приехал в аэропорт и вылетел в Вашингтон. Единственная проблема возникла в отеле, во время расчета, когда служащий за конторкой спросил:

– Все было нормально, сэр? Мы обратили внимание, что вы, судя по всему, не спали в постели.