Читаем Третья пуля полностью

Двадцать лет его жизни после Вьетнама весьма банальны и не представляют никакого интереса. Печально, когда человек, наделенный такими талантами, оказывается обреченным на прозябание, но что тут можно поделать? Неудачи в бизнесе и браке, алкоголизм, нелады с законом, несколько автомобильных аварий, мольбы к Богу, дабы тот стер его с лица земли, поскольку реальность представлялась ему ужасной. Наверное, Бог в тот день был слишком занят, а может быть, приберег его для того, чтобы наказать истинного грешника, каковым являюсь я. Как бы то ни было, бывший снайпер удалился в сельскую глушь, приобрел трейлер и начал новую жизнь. Несмотря на все его подвиги в качестве снайпера, это, по всей вероятности, было самым великим достижением Свэггера. Он стал много читать. Его интересовало, что послужило причиной Вьетнамской войны, причинившей столько страданий и потерь, которая отняла у него сначала первую вьетнамскую жену, а затем корректировщика. Свэггер, я пытался избавить тебя от всего этого. Я знал еще в 1963 году, что это добром не кончится, и твоя история будет написана кровью и болью миллион раз. Убей меня, если сможешь, черт бы тебя подрал, но я совершил преступление века, чтобы спасти тебя. Ты должен испытывать ко мне чувство признательности, нажимая на спусковой крючок, если до этого дойдет.

Живя в Арканзасе в полном одиночестве, если не считать собаку и коллекцию винтовок, Свэггер занялся изучением Вьетнамской войны, затем – истории войн, которая, по сути дела, является историей цивилизации. Он познавал мир, которому служил, но который совсем не знал. Став более зрелым духовно, избавился от юношеской бравады, гордыни и стремления к доминированию. Он перестал говорить и начал слушать. Он постоянно практиковался в стрельбе и еще больше развил свой удивительный талант. Он готовил себя к новой операции. И целью этой операции был я.

В 1993 году мне стукнуло шестьдесят три года. Я был убеленным сединами почтенным старцем, пользовавшимся уважением и любовью представителей младших поколений и непререкаемым авторитетом. Продолжал соблюдать принцип Нового Критицизма и не утратил профессиональных навыков – особенно по части планирования тайных операций и руководства ими. В Управлении меня называли мистер Блэк. На меня имелся большой спрос. Я провел много времени в России. К числу моих заслуг относится обеспечение денежного потока, позволившего Ельцину прийти к власти после ухода Горбачева. Вряд ли он или кто-то из его окружения знал, что они имеют дело с американцем – тем более с сотрудником ЦРУ. Но я также осуществлял руководство проектами и в других частях света.

Так в мою жизнь вошел Сальвадор. Это проклятое богом место напомнило мне Вьетнам, и кухня там не дотягивала до уровня мексиканской, к которой меня приобщил Алик.

Избавлю вас от излишних подробностей и драматических эффектов. Я начал со своей личной истории, хотя мои мемуары относятся к профессиональной деятельности. Однако личное неизбежно переплетается с профессиональным. В 1991 году Пегги умерла после изнурительной полуторамесячной борьбы с раком груди. Невыносимо было видеть, как угасает эта полная сил, умная, красивая женщина, верная, преданная жена, лучшая среди всех ее подруг и знакомых, необыкновенная мать, неиссякаемый источник душевных сил, к которому я постоянно припадал. Мальчики и я находились у ее постели, когда она отошла в мир иной. Ей все же посчастливилось дожить до тех времен, когда ее сыновья получили образование, обзавелись семьями и начали успешную карьеру. Для меня ее смерть стала незаживающей раной. Рассказывая об этом, я просто хочу дать понять, что находился далеко не в лучшей форме во время последующих событий и совершал непростительные ошибки.

Теперь к делу. Может статься, время работает не на нас – благодаря мистеру Свэггеру. Возникла необходимость в устранении человека, и мне в голову пришла идея повторить операцию «Либерти Вэланс». Та же самая схема: подставной снайпер и реальный, баллистическая фальсификация, арест и ликвидация подставного стрелка сразу после операции, остальные участники вне подозрений. В качестве реального стрелка я привлек Лона – выяснилось, что он жаждет приключений, смертельно устав от добровольной «отставки». В качестве Освальда я привлек Свэггера.

Этот последний выбор оказался крайне неудачным.

Свэггер в отличие от бедного глупого Алика сумел скрыться от преследования. Нам было необходимо добраться до него раньше ФБР. Он перехитрил моего лучшего оперативника Шрека и превзошел его по всем статьям. Моя первая ошибка: я не понял, что он слишком хорош для подставного стрелка. До нас со Шреком слишком поздно дошло, что разработанный нами план в отношении Свэггера способствовал не его смерти, а его возрождению. Он вернулся в мир, который покинул, более сильным, смелым, умным и хитрым. Все время, пока мы охотились на него, он охотился на нас.