Читаем Третья голова полностью

РОБЕРТА. Иными словами, мой муж обо все узнает?… А Жюльетта?

МАЙЯР. При чем тут моя жена? О нашей связи никто не должен знать! Валорэн производит впечатление очень порядочного человека, он не будет говорить об этом.

РОБЕРТА. Но я буду!

МАЙЯР(опешил). Шантаж?!. Предупреждаю тебя, что со мной это не пройдет! Не забудь, что в моей власти повернуть дело в любую сторону. Как знать, может, ты помогала Валорэну убивать.

РОБЕРТА. Негодяй!

МАЙЯР. Шлюха!

Молчат и смотрят друг на друга с ненавистью.

Полагаю, что ссориться не в наших интересах. Мы должны сохранить максимум хладнокровия. Может быть, найдется лазейка, чтобы избежать скандала?.. Мне необходимо сейчас же переговорить с твоим мужем.

РОБЕРТА. Ты ему скажешь?

МАЙЯР. Считаю, что это не самое большое зло… Ступай домой и под любым предлогом пришли его сюда. И постарайся задержать как можно дольше Жюльетту и ту пару.

На ступеньках появляется ВАЛОРЭН.

ВАЛОРЭН. Прошу прощения… Надеюсь, что теперь я выгляжу приличнее. Эта маленькая комната очень мила. Уверен, что в ней мне будет отлично. (Спускается по ступенькам.)

РОБЕРТА хватает револьвер и стреляет в него, но безрезультатно.

Я принял меры предосторожности. У меня с малых лет отвращение к кровопролитию. И у вас, вероятно, также. Но вам нужно во что бы то ни стало спасти свою честь, а ей угрожает самый факт моего существования.

МАЙЯР. Поверьте, я категорически не одобряю поступка мадам Бертолье.

ВАЛОРЭН. Когда она схватила револьвер, у вас действительно промелькнуло выражение досады. Я почувствовал моральную поддержку. Но броситься на помощь человеку, которому грозит смертельная опасность, — этот рефлекс, видимо, не знаком прокурорам. (Роберте.) Вы слышите, он не одобряет вашего намерения прикончить меня. Но что бы вы сделали, Майяр, если бы она убила меня? Хватило бы вашего неодобрения, чтобы выдать убийцу правосудию? Или это неодобрение носило бы чисто принципиальный характер?

МАЙЯР. Мне кажется, у нас достаточно реальных фактов и вряд ли следует строить предположения.

РОБЕРТА. Я приношу вам самые искренние извинения. Я была вне себя. Я действовала в минуту ослепления. Я сожалею…

ВАЛОРЭН. Вы сожалеете? Тем более, что револьвер оказался разряженным.

РОБЕРТА. Вы можете насмехаться надо мной. Моя беда в том, что я женщина. Мне не простят ничего! Вы, в свое оправдание, можете заявить, что провели вечер с женщиной. И никому не придет в голову возмущаться вами. А на меня будут показывать пальцем.

ВАЛОРЭН. Ну знаете!.. Так было во времена моей бабушки. Теперь люди более снисходительны.

РОБЕРТА. Но не в нашем кругу, где очень строгие нравы…

ВАЛОРЭН. Да? Мне это не показалось. Простите, я перебил вас.

РОБЕРТА. Кажется, есть выход, устраивающий всех. Надо найти женщину, которая за деньги, разумеется, показала бы в суде, что провела с вами вечер первого июня.

МАЙЯР. А что? Это мысль!

ВАЛОРЭН. Я не хочу никаких сделок! И я нисколько не огорчусь, если ваше имя будет забрызгано грязью, мадам Бертолье! Но я ко многому отношусь снисходительно и способен понять, что для такой женщины, как вы, репутация дороже, чем жизнь человека. А между тем при вашей дружбе с прокурором Майяром вам достаточно было сказать ему правду.

РОБЕРТА. Вы думаете, легко сказать: «Я тебе изменила»? Я не могла… А мне хотелось спасти вас.

ВАЛОРЭН. Да?! Известие о приговоре вы встретили с истерическим восторгом.

РОБЕРТА. Да, я виновата! Я эгоистка!.. Но ведь я могу покаяться, исправиться… Если бы кто-нибудь захотел мне помочь…

ВАЛОРЭН. Это не моя специальность.

РОБЕРТА. Сжальтесь надо мной, умоляю вас! Хотя бы в память тех нескольких часов, что мы провели вместе…

МАЙЯР. Роберта, вы чудовище! Ступайте и пришлите сюда Бертолье. Это в ваших интересах.

РОБЕРТА. Хорошо. Обещайте мне ничего не решать, пока он не придет. (Уходит.)

ВАЛОРЭН. Хорошенькая женщина, не правда ли? Нужно признаться, что наедине с ней не скучно. (Пауза.) Вам больно это слышать? Но пребывание в тюрьме заставляет забыть правила хорошего тона. Вы когда-нибудь сидели в тюрьме?

МАЙЯР. За что я мог сидеть в тюрьме?

ВАЛОРЭН. Разве это можно предвидеть? Мне кажется, что прокурорам было бы полезно проходить небольшую стажировку в тюрьме. Разумеется, в качестве заключенных. Тогда бы они знали, к чему приговаривают других. Правда, на личном знакомстве с гильотиной я не настаиваю.

МАЙЯР. Благодарю вас. Это очень великодушно с вашей стороны.

ВАЛОРЭН(после паузы). Я очень люблю осень… Хорошо бы съездить куда-нибудь… Кстати, когда я буду свободен?

МАЙЯР. Формальности будут долгими. Но вам будет предоставлена временная свобода.

ВАЛОРЭН. Когда? Завтра?

МАЙЯР. Не знаю. Мне нужно сначала поговорить с прокурором Бертолье.