Читаем Третья голова полностью

Третья голова

ВАЛОРЭН. Ну да! Валорэн! Ва-ло-рэн!.. Ну как вам доказать, что это я… Хорошо! Помните, когда вы были в последний раз у меня в тюрьме, я вам сказал, что вы… Ага! Вспомнили!.. Действительно, это было несколько резко… Но ведь мы были одни… (Заметив, что его подслушивает Майяр, резко задергивает шторы.) Сейчас мы тоже одни… Короче, алжирец — это липа!.. Доказательства? У меня столько доказательств, что их хватит на несколько процессов! Ее я тоже нашел… Вы будете купаться в фактах!.. Вы станете самым модным адвокатом… Вот это уже другой разговор… но ко мне приезжать неудобно…В доме своего лучшего друга!.. О, да! В полной безопасности. Мне просто не хочется впутывать его в эту историю…

МАЙЯР снова высовывается.

(замечает его) … раньше времени. Мы можем отлично поговорить в вашей машине. Где вы будете меня ждать? Так… так… очень удобно! Я буду там в пять. До свидания. (Кладет трубку, раздвигает шторы с такой поспешностью, что Майяр едва успевает скрыться.) Что поделаешь… Каждый хочет знать, что его ожидает. (После раздумья.) Пожалуй, пора проведать заключенных. (Уходит.)

В комнату осторожно входит МАЙЯР. Убедившись, что никого нет, подходит к окну.

МАЙЯР. Где же этот Бертолье, черт бы его побрал!

Входит ЖЮЛЬЕТТА.

ЖЮЛЬЕТТА. Мне бы хотелось все-таки знать, что ты делал утром у Бертолье?

МАЙЯР. Просто зашел на минутку…

ЖЮЛЬЕТТА. Но ты знал, что Бертолье нет дома?

МАЙЯР. Конечно, знал. Но что ты имеешь в виду?

ЖЮЛЬЕТТА. Я не спрашиваю тебя, искал ли ты встречи с Робертой… Я хочу знать, нет ли за этим чего-нибудь другого.

МАЙЯР. Я тебя не понимаю.

ЖЮЛЬЕТТА. Меня просто удивляет, что ты оказался у Бертолье как раз в тот момент, когда пришли те двое.

МАЙЯР. Ничего не понимаю! Что ты хочешь сказать?!

ЖЮЛЬЕТТА. Вы сговорились! Ты обо всем знал!

МАЙЯР. Ты сошла с ума! Ты думаешь, я способен на убийство?

ЖЮЛЬЕТТА. Не знаю… С тех пор, как Валорэн появился в нашем доме, тебя просто не узнать!.. Разве раньше я могла предполагать, что ты сознательно будешь мешать невинному оправдаться?

МАЙЯР. Но ведь нельзя не считаться с положением, в котором оказался Бертолье!

ЖЮЛЬЕТТА. И ты — тоже! Не правда ли?

Входит ВАЛОРЭН.

Ну, как ваши подопечные?

ВАЛОРЭН. Ламбурду в платяном шкафу неплохо, а вот Горэна… мне пришлось выпустить ненадолго, подышать. Этот шкаф в коридоре очень мал. Бедняга, его пришлось сложить вдвое.

МАЙЯР. Вы видели вечерние газеты? Метровыми буквами — «Валорэн невиновен»!..

ВАЛОРЭН. Но в тюрьме опять сидит невинный человек, а Гюстав Дюжардэн гуляет на свободе!

МАЙЯР. Конечно, это досадно. И все-таки газеты признают вашу невинность.

ВАЛОРЭН. Это опять обман!

МАЙЯР. Ничего не поделаешь. Правосудие должно остаться безупречным.

ЖЮЛЬЕТТА. Не путай себя с правосудием!

Входит РОБЕРТА.

РОБЕРТА. Бертолье еще не приехал? Он мне звонил двадцать минут назад и сказал, что выезжает.

МАЙЯР. Он сообщил подробности? Все хорошо?

РОБЕРТА. Не уверена. Кажется, есть какие-то осложнения.

ВАЛОРЭН. Как бы то ни было, мой адвокат ждет меня в пять часов. До сих пор я не сказал ничего, что могло бы кому-нибудь навредить. Я не назвал ни одного имени.

ЖЮЛЬЕТТА. Вы слишком великодушны! Но это просто неосторожно!.. Где гарантия, что она (показывает на Роберту) не нашла других убийц?

ВАЛОРЭН. Она уже поняла, что это не путь для спасения своей репутации.

РОБЕРТА. Дело вовсе не в моей репутации.

МАЙЯР. А что же вами руководило?

РОБЕРТА. Любовь! Воспоминание о нем не покидало меня. Я любила его. И когда я поняла, что теряю его, безумная ревность толкнула меня на преступление.

ЖЮЛЬЕТТА. Она опять лжет!

МАЙЯР. Прекратите эту комедию, Роберта. Вы что, принимаете Валорэна за дурака?

Входит БЕРТОЛЬЕ.

БЕРТОЛЬЕ. Простите, я опоздал.

МАЙЯР. Ну как?

БЕРТОЛЬЕ. Очень плохо. Хуже быть не может!

МАЙЯР. Дюжардэн бежал?

БЕРТОЛЬЕ. Если бы!.. Он был дома. И без всякого сопротивления отдал полиции все драгоценности.

МАЙЯР. Великолепно!

БЕРТОЛЬЕ. Не очень. Он утверждает, что их принес Валорэн и просил сохранить, ничего не объяснив.

ВАЛОРЭН. Что за чушь! Я не знаю этого Дюжардэна!

БЕРТОЛЬЕ. Его заявление произвело на полицию большое впечатление. Он продолжал стоять на своем даже тогда, когда ему показали вечерние газеты!