Читаем Третьего не дано полностью

– Мурашко, дай журналистам побеседовать с этим уродцем, – позвал майора Днищев. – Так надо. А ты пока можешь сделать подарок муровцам. Там у тебя где-то завалялся Жора-Стрелец из Нижнего, они его давно разыскивают… Как, наверное, и других "апостолов"… Тише, господа, журналисты, тише! повернулся он к пишущей братии. – Всего два слова, предваряющих ваше любопытство. Вы видите, как сейчас из здания выводят людей, подвергшихся психотропному воздействию при помощи особых компьютерных программ. Смогут ли их вернуть к нормальной жизни – неизвестно. Секта основана отцом Дионисием, который сейчас находится перед вами. Разрешение получено в московской мэрии. Вот собственно, и все. На остальные вопросы ответит мой пресс-секретарь – Михаил Корабелов… и сам "вивисектор", если он пожелает разговаривать.

В стране журналистов забурлило. Пронырливый Мартов, попытавшийся первым прорваться к Аркашке Боращаговскому, получил от веселого, но лютого в таких делах Тер-Маркарьяна увесистую оплеуху, отчего завалился на телекорреспондента Комочкова… и схлопотал еще серию пинков. Не обращая больше внимания на потасовку – свое дело он уже выполнил, – Днищев пошел мимо оцепления к Кротову. Вместе они направились в сторону метро, где был припаркован "жигуленок" Сергея.

– Пропустим по рюмочке? – просил Кротов.

– Почему нет? А нас не отравят фальсифицированной водкой? – отозвался Днищев.

– Знаю одно надежное место.

– Ну! Вам ли не знать – что, где и откуда. Давно хотел спросить. Почему вы ушли из ГРУ?

– А кто тебе сказал, что я оттуда уходил? Просто я перепрофилировался, – усмехнулся Кротов, произнося последнее слово, как настоящий логопед, со второй попытки.

Второй календарный день лета, жарко, прохожие в майках тянут химическую смесь из пузатых бутылок, и вроде бы все пока складывается удачно: Днищев успел побывать в туристической фирме "Лотос", вывозящей русских барышень в бордели Малайзии, и определить дальнейший ход событий, но что-то все равно тревожило его, грызло. Нет, не Федор Сукачев, новый сосед Киреевского – с ним было более-менее ясно, другие… За последние два месяца Мокровец ни на одну минуту не выходил из его сознания, словно бы уютно поселившись в нем. То выдвигаясь на первый план, то снова уходя глубоко в тень. Чем бы Днищев не занимался, он постоянно помнил о своем главном противнике. Как, должно быть, и Мокровец теперь думал о нем, поскольку также был связан с ним какой-то невидимой нитью. Они были как два двойника антиподы, равные по силе и желанию победить в этой смертельной схватке. Но отношение к жизни, к людям, к отмщению, а главное, к России – у них были совершенно разные. Словно разнополюсные магниты они притягивались друг к другу, разрезая громадный город – сквозь дома и толпу людей, шли навстречу и, может быть то, что произошло около трех часов дня – выглядело вовсе не случайно… Несомненно существует Провидение, которое вершит судьбы людей. Жизнь имеет не один плоский уровень, видимый нам, возможно существуют и астральные связи, иначе как объяснить то, что мы предчувствуем гибель близкого человека, или находим ту единственную, которую будем любить всю жизнь, или внезапно обретаем прозрение? Чем объяснить тот факт, что два смертельных врага случайно встречаются в обычном, открытом кафе в центре города, куда каждый из них зашел с простой и естественной целью? Случайно ли это стечение обстоятельств или предопределено свыше? Нет ответа.

…Днищев сначала прошел мимо этого кафе, думая перекусить после встречи с Кротовым, которая была назначена на четыре часа, но потом решил, что времени у него хватает. А выпить чашку кофе и съесть пару бутербродов не помешает. Он вернулся назад, купил то, что хотел и направился к одному из круглых "стояков".

– Свободно? – привычно спросил он, мельком взглянув на жующего мужчину. И на какое-то мгновение остолбенел. У этого человека было теперь гладкобритое лицо, короткая стрижка, но …надбровные дуги, глубоко посаженные глаза…

Замер и Мокровец, держа в одной руке стакан чая, в другой – гамбургер. Все это длилось, наверное, какие-то секунды, но они вместили в себя очень многое.

– Прошу, – небрежно произнес Мокровец. Ни один мускул на его лице не дрогнул, но все мышцы тела напряжены к броску. То же самое происходило и с Днищевым. Боковым зрением он видел стоящих за соседними стояками людей молодую парочку, пенсионера, школьников… Мокровец был одет в просторную рубашку. Где его оружие? Сам Днищев носил "ТТ" в кожаной визитке на поясе. А куда его еще сунешь, если ты почти голый? Он опустил чашку кофе и бутерброды на столик. Мокровец разжал пальцы, сжимавшие стакан с чаем. Теперь у обоих руки были свободны и лежали на столике. Они словно бы понимали друг друга без слов. В этой ситуации любой предмет, зажатый в кулаке, мог оказаться смертоносным оружием. Даже обычная спичка.

– Так лучше, – сказал Днищев. – Пусть мы будем видеть руки друг друга.