Читаем Тремор полностью

Ветер нещадно обдал лицо холодом. Зажмурившись, Кирилл не сразу заметил толпу. Только он вышел из зала, как она окружила его. Со всех сторон раздавались голоса людей, но в свете фонарей он едва мог различить их лица. Тем не менее, они фотографировались с ним, просили автограф, то и дело подсвечивая его фонариком.

Восторг сковал тело тремором. Происходящее стало казаться сном, жизнью кого-то другого. Это чувство возникло еще в гримерной, когда он просто взглянул в лицо Дену.

Кирилл обернулся. Кто-то резко положил ему на плечо руку. Перед ним стоял немолодой мужчина в футболке с названием его группы.

— Скажи, что ты будешь следующим фронтменом «Бенца». Парень, это на сто процентов твое место. Нечего вам держаться за Дена. Пусть катится на всех радостях в штаты, — последнюю фразу он произнес с доброй усмешкой. Кирилл кивнул, и тот похлопал его по плечу.

— Тебя ждет успех. Никогда не сомневайся в этом.

От этих слов ему стало жарко. Хотелось уйти из толпы, пробраться на свежий воздух, чтобы хоть немного прийти в себя. Найти Таню.

Взгляд судорожно метался по сторонам, ища ее пальто и красный вязаный шарф. Он уже собирался ей позвонить, как заметил одинокую фигурку в тени голых ветвей за оградой.

Приблизившись к ней, Кирилл в недоумении нахмурил брови. В ее взгляде читалась такая горечь, что ему стало не по себе. Таня смотрела куда — то вдаль, подставив заплаканное лицо ветру. Взяв за локоть, Кирилл тут же повел ее к такси. Повезло, что оно стояло рядом с ними.

— Малыш, что с тобой? — наклонился он к ней, сказав водителю адрес отеля.

Таня мотнула головой, отвернувшись к окну. Ее губы были крепко сжаты.

— Это из-за фанаток?

Она кивнула, и Кирилл обнял ее.

— Прости. Я знал, что брать тебя с собой было плохой идеей. Ты злишься, но сама подумай, что я мог сделать? Отстраниться от них? В таком состоянии едва получается оставаться в рамках дозволенного.

Таня резко повернулась к нему.

— А если однажды ты не сможешь остаться в них?

Сказав это, она прижалась лицом к его куртке.

Он наклонился к ее уху и прошептал:

— Останусь. Ради тебя я сделаю все, что угодно.

Она ни слова не сказала ему.

Москву заволокло тучами и, когда ребята зашли в отель, с неба стали падать первые капли. Дождь лишь усилился, когда настало время выезжать к вокзалу.

— Ты же не против, если мы поедем на поезде? С деньгами сейчас так себе, а впереди все довольно смутно.

Таня пожала плечами. В эту минуту она думала только о своей реакции на успех любимого. Почему раньше ей не приходила мысль о том, что чужое внимание может так ранить ее?

По дороге на вокзал Таня размышляла об этом. Смотрела из окна такси на ночной город. Капли катились по стеклу, все больше скрывая его. Огни вывесок, свет фонарей и домов казались снятыми на фотоаппарат с длинной выдержкой. Вскоре дождь полностью скрыл их. Остались лишь звуки. Завывание ветра и сирен заставляли Таню вжаться в холодную куртку Кирилла еще больше. Он накрыл ее ладонь своей, смотря в окно все с той же непроницаемой задумчивостью.

— Здесь вам удобно будет? — взглянул на Таню водитель в зеркало.

Она растерянно кивнула. Кирилл тут же вышел из машины. Взяв вещи, они стали пробираться сквозь завесу дождя и толпу.

— Потерпи, — наклонился к ней Кирилл, когда они забирали сумки с досмотра. Таня кивнула ему. Взявшись за руки, они пошли искать кофейню на вокзале.

Оба устали от людей. Хотели побыть одни, поговорить о случившемся. Но как назло, почти все столики были заняты. Заказав эклеры и два больших рафа, ребята молча сели напротив друг друга. Около них шумели подростки, грузные мужчины громко разговаривали за барной стойкой. Все, что им оставалось, это обмениваться уставшими улыбками, держась под столом за руки.

Вздохнув, Таня отпила кофе.

— Не волнуйся.

Длинные пальцы сжали ее ладонь.

— Скорее всего, мы будем в купе одни. Поговорим обо всем.

Она кивнула ему.

На платформе они крепко обнимали друг друга. Со стороны казалось, что им предстоит долгая разлука и все, что у них есть — это последние минуты до прибытия поезда. Никто бы и не подумал, что в тяжелых вздохах и опущенных глазах скрывается желание поскорее оказаться в их мирке. Остаться наедине друг с другом.

Оповещения сливались с шумом дождя, чемоданов и голосами людей, бегущих к поезду. Они словно не слышали их. Уже представляли, как окажутся в теплом купе, с кружками чая, и суета пространства резко отделиться от них.

Таня достала телефон. Ей написала Даша, и Кирилл тут же прочитал сообщение.

— Давно вы с ней не общались, да?

Она пожала плечами.

— Мы переписываемся каждый день, просто мало. Она говорит, я пропустила много интересного в вузе.

— И что, например? — почти прокричал он под порывом ветра.

— Ну, встречи с режиссерами, интересные лекции, концерты, на которые Даша пошла с Ромой.

— Жалеешь, что мы уехали? — с теплой усмешкой спросил Кирилл.

— Нет, что ты, — покачала она головой, вновь прижавшись к его куртке.