Читаем Траурный кортеж полностью

«— У них и спрашивайте, сир. Я-то здесь при чём?» — возмутилась Капа, и была, как всегда права. Вопрос короля касался Астара с Бальсаром, ушедших проверять, готова ли охрана Василия в дорогу.

Нехитрое, вроде, дело — сотне солдат собраться в путь, но время шло, а король всё ещё сидел за накрытым столом и как бы завтракал, в полном, причём, одиночестве. Всех своих приближённых он запросто пристроил к делу. Бушира, с цветным полком, отправил на север, на аквиннарскую границу — оборонять и строить крепость. Гномов Трента он отослал туда же, продолжая аккуратно избавляться от его присутствия («Вот бы Эрин порадовался, сир»). Держать соглядатая даже в Скироне Василий считал излишним, да и возиться самому, так же, как и поручать возиться кому-то, с не присягнувшим Короне войском не было у него никакого желания.

— Мастер Трент, — объяснил своё решение король, — думаю, вам необходимо лично доложить Старейшим обо всём, что вы в Скироне увидели и узнали. Это поможет им быстрее согласиться на моё условие. Да и защищать Железную Гору тоже кому-нибудь надо: если падёт Гора, то аквиннарскую границу будет удержать очень сложно.

— Но мне приказано неотлучно находиться при Вас, сир…

— Кому находиться при мне — я и сам вполне способен решить. Из гномов рядом со мной постоянно есть сэр Эрин, и этого достаточно для спокойствия Старейших. Даже с лихвой достаточно. Ступайте, голубчик, ступайте с Буширом — там, на севере, вы нужнее всего…

Пришлось гномам Трента топать обратно, правда в уменьшенном уже числе: родня Эрина влилась в отряд князя Ордена, заметно его пополнив.

Мастеровые во главе с Тромом были приданы цветному полку, и укатили следом за войсками, прихватив с собой почти всех скиронских архитекторов и зодчих.

На север же отправился и Агадир, после того, что подписал с Василием союзный договор от имени Аквиннара. Войск у Хранителя было немного — только дорожные патрули, приведенные им в Скирону. Но для начала и этого вполне достаточно, считал король: было бы к кому, а люди обязательно присоединятся.

— Дорогой Хранитель, помните, главная ваша задача не столько война, сколько разведка. Следите за проходами из Аквиннарской долины в Тордосан, Рубенар, Хайдамар и Эрфуртар. У меня нет сейчас сил, чтобы удержать Аквиннарскую долину, когда Маски попрут со всех сторон. Не ввязывайтесь в битву, отходите на соединение с Буширом или на Железную Гору. Будьте осторожны, Агадир, сегодня вы — единственный в Аквиннаре человек, который может, пусть и недолго, задержать продвижение Масок только своим присутствием: узнав, что власть Хранителей не уничтожена полностью, они, уже битые, поостерегутся, не станут лезть на рожон.

— Не знаю, справлюсь ли — без вашей помощи, сир…

— Справитесь, Хранитель. Мне же, прежде чем спешить вам на помощь, сначала предстоит очистить от Масок Раттанар и Хафелар. Только вы можете дать мне для этого время…

На хафеларской границе уже стало неспокойно: по докладу только что вернувшегося оттуда Дамана, беженцы шли сплошным потоком, и пограничники не в силах были навести на границе порядок. Отправлять людей обратно в Хафелар, под власть пустоголовых, никто, конечно, не помышлял, но тщательно проверять нужно было каждого: мало ли кого нелёгкая занесёт в людском водовороте? А за беженцами почти всегда, рассуждал король, следует армия врага. Поэтому министр Готам, срочно произведенный королём в генералы, в компании с двумя новоиспеченными капитанами — Даманом и Бреем — выехал на хафеларскую границу, прихватив с собой всю дворцовую стражу Скиронара и баронские дружины: свою, Кайкоса и Крейна. За ними увязался баламут Пондо с полусотней своих вассалов.

Чтобы не пропустить агентов Разрушителя и не прозевать подхода его войск, Василий разрешил Готаму взять с собой Знамя с Медведем, а, значит, и барона Брашера с тридцатью раттанарцами:

— Знамя, генерал, собственность посланника Раттанара, и отдать вам Медведя, без надзора Брашера, я не имею права. Берегите и барона, и Знамя, дружище Готам: Медведь — самый надёжный сторож от пустоголовых. Сове же мы доверим охранять Скирону…