Читаем Траурный кортеж полностью

Клонмел сначала помог выйти из возка Сальве, затем стал доставать привезенные королевой подарки: Её Величество, как оказалось, была в курсе происходящего. Знала и Сальва, тоже одетая в платье санитарки, но поверх платья у неё уже сверкала кольчуга, перетянутая в талии поясом с кинжалом. В общем, знали все, кроме тех, кому было знать положено, то есть, командиров, мужей и короля.

Магда привезла для Огасты и Сулы две изящные, на женщину сплетенные, кольчужки, два кинжала — явно гномьей работы, и две санитарные сумки, набитые бинтами. Король, Тусон и Яктук глупо хлопали глазами, глядя, как королева одаривает своих подопечных с обниманиями и поцелуями в мокрые от слёз щёки.

Последним подарок получил ротный, но уже не от королевы, а от своей жены. Сальва развернула свёрток синего бархата и явила миру знамя с гербом Лонтиров — сломанным копьём — и девизом: И БЕЗОРУЖНЫЙ НЕ СДАЮСЬ. Золотое шитьё копья и девиза, плюс золотая бахрома на синем бархате смотрелись необычайно богато, и Тусон только крякнул от избытка противоречивых чувств.

Рота Водяного получила знамя, хотя священные отряды своего знамени всё ещё не имели. Мнения командира, то есть — его, командора, никто не спрашивал, как и не удосужился никто хотя бы предупредить его о готовящемся нарушении устава.

Уткнувшись носом в бесцеремонный женский заговор с участием королевы, Тусон не имел ни малейшего представления, ни что ему делать, ни как себя вести. Выручил находчивый король:

— Лейтенант Яктук, примите знамя для своей роты. Пусть кто-нибудь подберёт ему древко. Что касается этих отчаянных женщин, то я не вижу оснований для отказа им… в праве… на смелые поступки. Раз они в списках — пусть служат. Помощь раненым — дело, для них посильное. Но не забывайте, дама Сальва, на вас, к тому же, лежит обязанность — дать дому Лонтиров нового барона. Вы, лейтенант Яктук, берегите своих почётных солдат, как зеницу ока: случится с ними что — строго за это спрошу, — король повысил голос, чтобы всем было видно: немного власти у него, всё же, оставалось. — Со всей роты спрошу, имейте это в виду! Командуйте выступление, лейтенант, ваша рота задерживает армию…

3.

С наведением порядка в войсках провозились почти пол дня, прежде, чем король разрешил двигаться к Бахардену. На военном совете, подводя итоги неудачного старта кампании, Василий объявил об изменении плана её проведения, которое сводилось к следующему: раттанарская армия наступала на Бахарден по двум, ведущим к нему дорогам с постоянным обменом вестниками.

— По Северной Бахарденской дороге пойдут ваш полк, полковник Паджеро, и ополченцы Ларнака… — тут королю пришлось давать пояснения, что ополчение в его мире — нерегулярные войска, набранные, в основном, из гражданских добровольцев: Капа таки навязала ему это словечко — не сдержался, употребил. — Если кого-нибудь из вас смущают новые слова, что я использую, называя чины и воинские части, которым у вас до сих пор не было аналогов, то… Привыкайте, господа: вам придётся это сделать, чтобы не усложнять мне мою задачу — выиграть войну…

— Да по мне, сир, как не называй — лишь бы толк был, — подхватил Эрин. — Считайте, что мы уже привыкли.

— Я так и считаю, сэр Эрин. Командовать на Бахарденской дороге будете вы, Паджеро, но я оставляю за собой право вмешиваться, когда сочту нужным. Гномы, дворцовые стражи и ваши, командор, роты, будут двигаться по Восточному тракту. Общее командование этими войсками я возлагаю на вас, сэр Эрин. С сегодняшнего дня вы — генерал раттанарской армии. Пусть ваше назначение никого не удивляет — вы видели войны моего мира, а такой опыт дорогого стоит.

— Сир, неужто Вы разделите армию!? Для нас это может быть опасно…

— Армия уже разделилась без моего участия, командор. Я просто возражаю против её соединения — мы не в состоянии нормально двигаться единой массой: как показало сегодняшнее утро, войск слишком много для моих с вами опыта и знаний. Давайте будем учиться постепенно. Соединим наши войска под Бахарденом, господа военные — город, наверняка, захвачен пустоголовыми. Где-то там нас и ждёт Безликий. Разведку с сэром Ахвазом я возвращаю под ваше начало, сэр Эрин. Мы же будем полагаться на защитные свойства Короны («— Спасибо, сир! Я — постараюсь!»).

Королю никто больше не возражал, только после военного совета, когда Василий, Паджеро и Ларнак уехали на Северную Бахарденскую дорогу, Эрин позволил себе проворчать:

— Не нравится мне всё это…

Тусон расслышал и упрекнул:

— Что же вы не сказали об этом королю?

— Мне может не нравиться то, что делает король — я многое делал бы иначе, но таких результатов мне никогда не достичь…

— Вот потому вы — и не король! — съязвил командор.

— Вот потому я и не король, — согласился гном. — Вот потому никто из соргонцев — не король. Выступаем, господа, выступаем!

4.