Читаем Трасса смерти полностью

— Этот год для нас был не из легких, — начал Панагян. — В период спада женщины меньше пользуются духами и наблюдается стойкая тяга к более натуральным запахам, таким как… — он скривил губы, выражая отвращение к их рыночному сопернику, — «Соуп». А мужчины везут из командировок в качестве подарков флаконы в одну восьмую унции вместо более объемистых четверть и пол-унции. Исторически так уж сложилось, что предметы роскоши страдают первыми при экономических потрясениях, и мы не являемся исключением. Потому в последнем квартале наш общий объем производства упал на четыреста пятьдесят тысяч литров, а доходы в глобальном масштабе снизились на тридцать шесть процентов. В силу вышесказанного мы сейчас занимаемся крупным пересмотром всей нашей рыночной стратегии и, я должен с сожалением сообщить, урезаем наш бюджет в среднем на сорок два процента.

Единственным исключением на общем печальном фоне, — сказал Панагян; на его хмуром лице сверкнули белые зубы, изображая улыбку, — является «Формула-1». Сегодня на всех рынках, по нашим данным, объемы продаж превзошли прогнозы в среднем на тридцать восемь процентов, а в одном случае — в Бразилии — даже на сто двадцать девять процентов. Я счастлив сообщить, что в Бразилии мы даже столкнулись с проблемой поставок. Но и на солнечном небосклоне «Формулы-1» есть облачко. Это отсутствие постоянного спроса. Он очень низок. Но пробные продажи в Хельсинки и Милуоки свидетельствуют, что в будущем году нам удастся вновь заинтересовать потребителя, когда мы выпустим «Формулу-1» Эстракт.

Мы в курсе, что в сфере потребительского рынка, исключая наших потенциальных покупателей, наблюдается негативное отношение к «Формуле-1», основанное на том, что это стимуляция мужской мощи, подавляющая свободу выбора женщины. Обвинение, которое нам на руку, и мы предпринимаем все возможное, чтоб поддержать его, поскольку вы знаете, наши основные потребители — сексуально неустроенные мужчины до тридцати пяти лет. И анализ использования продукции по другим группам мужчин, проведенный в Южной Африке и Северной Америке, показывает, что «Формула-1» эффективна… э-э-э… несколько меньше, чем на сто процентов, что подтверждается падением спроса. Но так как наши покупатели не читают отчетов о потребителях и не являются феминистами, я упоминаю об этих данных только с познавательной целью. Простите меня за такие подробности, Форрест, но я хочу быть уверенным, что наши друзья из отделения рекламы «Джонатан Рейнольдс» — нашего британского агентства — полностью введены в курс дела. Они в прошлом не всегда до конца понимали наши проблемы.

Панагян кивнул в сторону темноволосого нервного мужчины, с оспинами на лице, грызущего карандаш, а также женщины, похожей на мощи, упакованные, как в пакет, в несколько слоев газовой ткани и шарфики. Они, как по команде, быстро перевели взгляды на меня, а потом вновь уставились на Панагяна. Заложники, догадался я, утратившие доверие из-за какой-то ошибки в прошлом.

— Простите за сбивчивую речь. — Панагян покрутил плечами, как бы разминаясь. — Вы знаете, что француз говорит до тех пор, пока не убедится, что сказал то, что хотел. Нам, разумеется, пришлось внести некоторые коррективы в рекламную тактику. Иными словами, добавить немножко мороженого на пирожное. Да, конечно, Вирджиния — это дорого. И мы знали, что она представляет опасность — как это точнее выразиться — перевесит все другое. Или, вернее, что она затмит другое. Затмит важность «Формулы-1». Но, как мы теперь видим, этот риск был более чем оправдан резким увеличением интереса к нам в средствах массовой информации. На сегодня, я счастлив это сообщить, ее с энтузиазмом восприняли во всех наших агентствах в мире, за исключением Британии. Гениальным решением наше германское агентство назвало созданный нами союз Вирджинии с партнером Форрестом. — Британские рекламщики кисло улыбнулись. — Какая там у вас была фраза? — спросил Панагян, впервые взглянув в упор, положив руки на стол и подавшись всем корпусом. — Что Вирджиния «это прошлое». Что она будто бы — перезревший плод. Разумеется, так оно и есть, и мы не дураки. Вот почему мы наняли ее за такую небольшую сумму. Сравнительно небольшую сумму. Для Вирджинии. Немногим больше, чем платим Форресту.

Это было новостью для меня. Значит, они платят Вирджинии больше шести миллионов? Женщина из рекламного агентства заерзала в своем кресле, теребя один из своих шарфиков.