Читаем Транспортный вариант полностью

«Тот, кого провожал Шерп, мог направляться только в этот украшенный кафельной плиткой дом, — подумал Денисов. — Сам адвокат по какой-то причине остался на остановке».

Денисов подошел ближе. Рядом с подъездом никого не было. У угла, против контейнера с мусором, сотрудник милиции — по-видимому, участковый инспектор — разговаривал с женщиной. Денисов подождал, пока он освободится.

— Товарищ командир, — подошел Денисов, когда женщина ушла. Чуточку фамильярное «командир» было в ходу между незнакомыми сотрудниками примерно одного возраста и положения. В нем было что-то уважительное и в то же время панибратское, на что никто со стороны не решился бы.

Он представился, коротко рассказал о несчастном случае, о письме адвоката.

— Белогорлова? — участковый подумал, покачал головой. — Первый раз слышу. Фамилия ни о чем не говорит.

— А Шерп? Игорь Николаевич?

— Никогда не слыхал.

Они еще поговорили, пока не пошел мелкий водянистый снег.

— Дом тихий, — сказал участковый. — Образцового содержания. Все бы такие. Ни заявлений, ни жалоб.

— Может, в дэзе что-нибудь подскажут, — подумал Денисов вслух.

— Дэз здесь недалеко. Только начальник у них в отпуске. В воскресенье видел его в «Ашхабаде».

— В Ашхабаде? — переспросил Денисов. — А-а… В кинотеатре.

Они пошли по тропинке мимо обеих школ, вдоль двадцатиподъездного здания, лежачего небоскреба, исполина, который с обратной, лишенной подъездов стороны казался еще длиннее.

— Квартирантов в доме много? — спросил Денисов.

— Один или два.

— А молодежи?

— Хватает. Есть хорошие ребята. — Участковый вдруг остановился: — Где она работает библиотекаршей?

Денисов сказал.

— Здесь же парень живет из пансионата! — участковый несильно мазнул Денисова рукой по плечу. — Работает культурником. Каждый раз зовет к себе отдыхать!

— Костя?

Денисов застал культурника в пансионате, на его рабочем месте. Как и во время их первой беседы, Костя все время улыбался, перебивал себя короткими дельными вопросами, на которые каждый раз отвечал весьма путано. Он поминутно отвлекался, сбивал щелчком пыль с рукавов, заглядывал сзади на свои высоченные каблуки.

— Для культурника главное что? — спросил он. — Настроение. А еще любить свою работу. Быть естественным. Импровизировать, увлекать. Кабинет, в котором они разговаривали, был завален спортивным инвентарем: матами, палатками, металлическими частями разборного турника, но всего больше в комнате было разнокалиберных, медицинского назначения мячей, наполненных песком.

— Поэтому отдыхающие из всего персонала дольше всех обычно помнят культурника, — разговаривая, он включал и выключал стоявшие перед ним шахматные часы, словно давал себе время на обдумывание.

— Все это только для отдыхающих? — Денисов показал на инвентарь. — А сотрудники пансионата? Они ведь тоже люди. Собираются вместе? На праздники и вообще.

— Крайне редко.

— Вы бывали у Леониды Сергеевны?

— Дома? Один или два раза.

— А она? По-моему, тоже недавно была у вас.

— В пятницу.

— Вы раньше не говорили об этом.

— На моем дне рождения.

За окном снова была зима, с особым покоем, лыжней вдали под деревьями.

— Какое это имеет отношение? Только путать!

— Другие сотрудники были?

— Никого из наших, кроме Леониды, — он щелчком пустил часы. И вообще человек семь-восемь.

— Ваши друзья?

— По спорту. Еще мать моя была. Видите ли… Как бывает? — он подкинул себе вопрос и стал объяснять. — Когда в коллективе работают молодые мужчина и женщина несемейные… — он снова замялся. — Кому-то кажется, что между ними что-то есть… Или же их начинают сватать, — закончил он решительно. — У меня есть подруга, Леонида ее знает. Кстати, в тот день она тоже была.

— Сидели долго? — поинтересовался Денисов.

— Леонида ушла рано. Сказала, что разболелась голова.

— Кто-нибудь проводил ее?

— Она отказалась.

Костя посчитал тему исчерпанной, выключил шахматные часы, поправил ведомости, лежавшие в беспорядке на подоконнике.

Денисов этого не считал.

— Когда вы пригласили Белогорлову к себе? — спросил он. — Задолго до дня рождения?

— Получилось как? — Культурник вздохнул, пояснил в прежней путаной манере: — Неделю назад говорю ей: «Мать, придешь ко мне на день рождения?» Она тоже в шутку: «Миноги будут?» — «Для тебя, — говорю, расшибусь!» — «Тогда приду». — Он снова заулыбался. — Конечно, ни за какими миногами я не пошел, думал — и она забудет. В пятницу подходит:

«Миноги достал? Смотри: я приеду пораньше!»

— Она действительно приехала раньше?

— Действительно.

— Чем вы это объясните?

Костя включил часы:

— Дело у нее было ко мне. На работе не поговоришь: люди… И уединиться нельзя!

— Дело? — переспросил Денисов.

Культурник смутился:

— Вернее, я думаю, что дело. А точно не знаю.

— То есть?

— Только стали говорить — тут товарищ звонит. Из «Трудовых резервов».

Сейчас за начальника команды…

Потом девчонка. Не та, которая сейчас, а до этой. Все поздравляют, со всеми несколько лет не виделся.

Культурник оказался человеком удивительно несобранным, но Денисов был готов разговаривать и час и два, чтобы хоть немного узнать о целях визита Белогорловой.

— А тут гости идут: Олег с Сашкой — из первой сборной!