Лич говорил в голос, не громко, но и не таясь, как это мы делали совсем недавно. Продвигались мы немного быстрее, чем по густому ещё не спелому сосновому лесу. Иногда приходилось перелазить через буреломы — вывороченные с корнем гигантские ели. Ель не заглубляет корни в землю — растёт либо на бедных хвойных почвах, где толщина плодородного слоя невелика, либо на болотах, где невелик вообще слой земли. В результате огромное дерево с плотной тяжелой древесиной имеет огромную систему из толстенных корней, которые цепляются за почву только своими концами — непосредственно у ствола грунта нет вообще и весь исполин держится на честном слове. Мощный порыв ветра и дерево валится. Валится медленно, цепляясь своими огромными мохнатыми лапами за соседние деревья и в результате оно по сути ложится на землю, опираясь на обломившиеся выгнувшиеся сучья и вывороченное на девяносто градусов корневище.

Перелезть через такое препятствие и днём это целая проблема, а ночью настоящий квест, причём в исполнении Лича. Он, используя весь свой словарный запас, управлял моими действиями, я же не видел перед собой ничего, даже собственных рук. В конце концов, он стал перетаскивать меня через препятствия как мешок картошки, это несколько ускорило наше продвижение. После очередного такого препятствия мой спутник вновь разбросал не то мины, не то гранаты. В этот раз грохот разрывов прозвучал гораздо позже чем на старте преследования. Мы оторвались.

Глава 39

Ближе к утру начал моросить дождь. Я слышал, что так здесь бывает, когда загружается большой кластер с холодной осенней погодой. Начинается всё с мороси, а заканчивается бурной грозой.

— Теперь точно оторвёмся, затеряемся. Кластер большой загрузился, под миллион жителей, далековато конечно, но всё равно заражённых набежит, а люди на машинах даже сюда прорвутся. Многие добираются до наших патрулей, а это ещё дальше — в объезд лесного массива, через который мы прошли.

Развиднелось, мне поддержка не требовалась и шли мы довольно быстро. Лич продолжил комментировать текущий момент:

— Надо быстрее найти транспорт, а то промокнем и под ногами всё развезёт. Скоро ливень ударит.

— А до твоей машины далеко?

— Нет, если на колёсах, то минут десять езды.

Вскоре вышли на дорогу. Я зашагал было по асфальту, но Лич меня остановил:

— Погоди, не торопись. Это не магистральная трасса, но кто-нибудь из беженцев и сюда доберётся. Подождём, а так можно нарваться на неприятности, ещё ничего не закончилось — дороги наверняка патрулируют.

Несмотря на низко клубящиеся облака, окончательно рассвело, дождь заметно усилился, вдалеке слышались раскаты грома. Машину заметили по включенным фарам, за шумом дождя звук двигателя расслышать было невозможно. По фарам же определили, что авто гражданское — в Улье все стараются быть максимально незаметными. Лич вышел на обочину и вытянул руку с поднятым вверх большим пальцем. Вначале показалось, что машина пронесётся мимо, проигнорировав международный знак автопутешественников, но метров через пятьдесят водитель ударил по тормозам. За пеленой дождя яркими красными огнями зажглись фонари стоп-сигнала, чтобы тотчас смениться белыми сигналами заднего хода. Рейдер зашагал на встречу по середине дороги.

Несколько секунд разговора через опущенное стекло водителя и Лич приглашающе машет мне рукой. Я поспешил забраться в тёплый и сухой салон просторного минивэна.

За рулём сидела молодая женщина, на месте переднего пассажира мужчина в бессознательном состоянии, он был чуть постарше — на висках проступала седина. Женщина выглядела напуганной и повернувшись к нам всем телом, переводила взгляд с одного на другого. Лич продолжал уже хорошо известную мне лекцию для новичков. Осведомился о состоянии здоровья и дал глотнуть живца.

— Вы бы пересели, будет лучше если поведу я. И стоять на открытом месте в этом мире не рекомендуется.

— Мой муж, ему нужно помочь. Вы знаете, что с ним?

— Конечно. Трансформация, он меняется и прямо сейчас перестаёт быть вашим мужем. Те создания, которых вы видели, начинали также.

В машине воцарилось молчание: женщина теперь сидела ровно, двумя руками взявшись за руль; Лич молча ждал, закинув ногу на ногу и уставившись куда-то вбок; я и муж тоже молчали — он трансформировался, я недоумевал. Первым не выдержал я:

— Девушка, нужно ехать, здесь, недалеко, нас ожидают друзья. У вас будет время обдумать и принять услышанное. Мы оставим Вам машину и дадим оружие, только давайте уже ехать. Опасно здесь.

— Куда? — осипшим голосом готовой заплакать женщины ответила наш водитель. — Поведу я, говорите куда.

— Развернитесь и через двести метров сверните на гравийку по правой стороне, — мы тронулись и с Личем в качестве навигатора через несколько минут остановились у автозаправки.