Читаем Трактат о счастье полностью

— Обычно я сильно расстраиваюсь, когда иду в магазин за продуктами. Каждый раз подолгу расхаживаю с тележкой между рядами стеллажей, решая непростую задачу: есть ли в супермаркете хоть что-нибудь съедобное, что можно употребить без вреда для здоровья. Съедобными я называю продукты, в которых не содержатся добавки E: опасные, очень опасные, канцерогенные, запрещённые, вызывающие расстройство и заболевания желудка и кожи. Это — продукты, в которых не содержатся сахарозаменители, транс-жиры, ГМО, пальмовое масло, фруктозно-кукурузный сироп, красители, у которых очень короткий срок хранения. Вот с каких пор, например, колбасы и ветчины стали называть не мясными, а мясосодержащими продуктами? В так называемой ветчине мяса не более 5 %. Всё остальное — гель. То есть, в современных продуктах практически не осталось ничего натурального, они в основном состоит из пищевой химии. Легко ли в таком случае найти и купить в магазине что-нибудь съедобное? Налицо конфликт интересов производителей и потребителей! Задача пищевой химии — улучшить вкус и внешний вид продуктов, сделать их малозатратными в производстве, увеличить срок хранения, чтобы избежать издержек, связанных с утилизацией непроданного товара. Пищевая химия работает на благо корпораций, но не для пользы потребителей. Подрывая наше здоровье, они значительно укорачивают нам жизнь! — закончила Лена, сверкнув глазами.

— Следовательно, ты обвиняешь производителей и продавцов продуктов питания в целенаправленном отравлении людей? — спросил я, как заправский судья.

— Ну, может быть, не в целенаправленном, но фактическом, поскольку девизы «деньги не пахнут» и «цель оправдывает средства» приводят именно к такому плачевному результату.

— А может быть, всё дело в том, что народу расплодилось слишком много, еды на всех не хватает, вот и приходится им идти на всевозможные ухищрения, чтобы хоть как-то прокормить эту ораву? — спросил я с нескрываемым ехидством.

— Нет! Дело в том, что у кого-то руки не из того места растут! — сердито выпалила Лена.

— И их тоже всех поганой метлой? — засмеялся я.

— А…, мети не мети — толку никакого! — махнула рукой Лена.

— И помочь в таких случаях может только проверенное средство от тараканов?

— Помню — помню… — засмеялась Лена.

Я почувствовал, что поезд сбавляет скорость, и посмотрел в окно. Мы подъезжали к станции Любань. Сразу обратило на себя внимание старинное здание железнодорожного вокзала. Построено оно было ещё в 1851 году, но несмотря на многочисленные ремонты, до сегодняшнего дня сохранились шикарные чугунные колонны, поддерживающие навес от непогоды, красивые двойные окна и богатая лепнина. Я показал здание Лене. Это было удивительно — увидеть этакую прелесть в такой глуши!

Поезд остановился, а через минуту вновь тронулся.

— Я уверен, что травмирующих жизнь моментов у тебя немало, впрочем, как и у многих других людей. Все они, накапливаясь, наслаиваясь друг на друга, создают ощущение неустроенности, несправедливости, унижения, безысходности, что в итоге нас лишает счастливой жизни. Поэтому не удивительно, что народ ропщет, и всё чаще слышны предложения о смене режима, смене властной элиты. Но, положа руку на сердце, что на что они собираются менять? Одну партию на другую? А где более или менее вменяемые программы претендентов? Где уверенность в том, что новые лидеры, дорвавшись до власти, не превратятся в ещё более жёстких тиранов и эксплуататоров? Ведь все они — люди! А как ведут себя люди во власти, мы уже обсуждали. И потом, кто сказал, что смена правящей элиты в отдельно взятом государстве, окружённом враждебными странами, приведёт к процветанию? — задал я риторический вопрос.

— Что, полная безысходность? — обречённо спросила Лена.

— Отнюдь! — успокоил я её. — Глобальные проблемы должны и решаться глобальными методами.

— Меня вдохновляет твой оптимизм! — произнесла Лена с воодушевлением. — Если бы не знала о твоей миссии, то никогда бы не поверила, что в этом мире возможны какие-либо изменения к лучшему.

Лена снова положила голову мне на плечо. Мне от этого стало уютно и тепло. На минуту я поверил её словам, что порой можно ощущать себя совершенно счастливым человеком, невзирая на происходящее вокруг. «Какое счастье, что я встретил тебя, такую светлую, жизнерадостную, нежную» — думал я, отдавшись неге. Все предыдущие мысли об идеальном обществе удивительным образом куда-то испарились. И зачем думать о всеобщем счастье, когда вот оно — маленькое тёплое создание, прижавшееся к тебе, с ощущением доверия и спокойствия.

Так, мы ехали довольно долго, не проронив ни слова. А тем временем наш поезд прибыл на станцию Чудово. После 10-минутной стоянки он тронулся в обратном направлении.

— Ой, задом наперёд поехали! — захлопала в ладоши Лена!

— Он сейчас на другой путь перейдёт и, сделав крюк, снова пойдёт по направлению к Новгороду, — разочаровал я Лену.

— В обратную сторону и снова к Новгороду? И почему у нас всё не по-человечески?! — воскликнула Лена с наигранным негодованием.

Я посмотрел на её кислую мордашку и не удержался, чтобы не поцеловать её.