Читаем Товарищ Жан полностью

"Артур" пообещал подкрепить свой рассказ копиями различных документов, что в конце концов и сделал, а Сергей отправил в Москву подробнейший отчет о провалах "Звездных Войн". В результате, генерал Трубников поздравил его лично и сказал, что доклад с материалами, переданными "Артуром", лег на стол самого президента Ельцина.

Случайная встреча Сергея с "Артуром" оказалась как нельзя кстати еще и по другой причине. Вскоре после нее канадец уволился из калифорнийского аналитического центра и перешел на работу в Международное Агентство По Атомной Энергии (МАГАТЭ) со штаб-квартирой в Вене. Созданное в 1957 году для содействия разработке и развитию мирных и безопасных ядерных технологий, это агентство называли в прессе "ядерным стражем" ООН. На своей новой должности старшего инспектора "Артур" должен был следить за количеством ядерных боеголовок в каждой из пяти официальных "ядерных держав", а также еще в пяти странах, которые якобы также обладали ядерным арсеналом. "Как только я доложил в Центр, что 'Артур' переезжает в Вену, мне было приказано немедленно организовать его встречу с одним из наших сотрудников в Австрии. Позже мне рассказывали, что со своим новым куратором они сработались и сотрудничество их оказалось довольно плодотворным, так как у 'Артура' был довольно высокий уровень допуска к секретной документации американцев и европейцев. Я достоверно знаю, что он и сейчас работает в агентстве и не вижу никаких причин, по которым он бы прекратил работать на российскую разведку."

Кроме "Артура" Сергей курировал в Нью-Йорке еще одного агента, известного как "Амиго". Именно во время работы с ним Сергей понял, что теряет веру в правоту своего дела.

В 1996 году из Центра пришла шифровка о том, что турецкий дипломат, завербованный в свое время в Анкаре, направлен на работу в штаб-квартиру ООН в Нью-Йорке. К депеше была приложена его фотография, подробное описание внешности и пароль для первого контакта. Сергей начал исправно посещать все Ооновские брифинги и высматривать там человека, соответствующего присланному описанию. Месяца через два, он заметил подходящего кандидата. Выйдя из конференц-зала после окончания брифинга, Сергей догнал его в коридоре и тихонько похлопал по плечу.

"Вам просил передать привет Андрей, с которым вы играли в теннис в Анкаре," — произнес Сергей пароль, полученный из Центра. Какое-то время дипломат стоял молча, уставившись на Сергея, потом лицо его резко побледнело. "Да," — пробормотал он, — "я играл в теннис с Андреем."

Ответ был верным.

"Как мне вас найти?" — спросил Сергей.

"Амиго" нацарапал свой домашний телефон на визитке и Сергей заметил, как дрожала рука этого бедняги. Наверняка, парень никак не ожидал, что СВР достанет его и в Нью-Йорке, наивно предполагая, что русские оставят его в покое после отъезда из Анкары.

"Окей, друг мой," — сказал Сергей, пытаясь его успокоить, — я вам позвоню. Поверьте, мы очень рады снова встретиться с вами. Все будет хорошо, не сомневайтесь."

В общем, их первая встреча прошла, как и планировал Сергей. Целью было вступить в контакт, посмотреть на реакцию "Амиго" и взять у него номер телефона. В Анкаре "Амиго" передавал своему куратору из СВР копии телеграмм, в которых речь шла об операциях США и НАТО. По крайней мере, этот куратор докладывал в Москву, что получал такие материалы от него. "Человеческая природа такова, что офицеры разведки всегда стараются сделать в глазах начальства свой источник информации более важным, чем он есть на самом деле" — рассказывал Сергей. — "Был даже случай, когда одному разведчику пришел приказ из Центра вступить в контакт с источником информации другого офицера СВР. Оказалось, что якобы завербованный даже не был в курсе, что он шпион. Когда сотрудник СВР повторил пароль, тот возмутился: 'Кто вы такой? Вы, что, сумасшедший?! Я вас не знаю! ' Когда такое происходит и выясняется, что один из ваших коллег, мягко говоря, приукрасил свои достижения в вербовке, вы должны принять решение. Конечно, правила никакого нет, но большинство офицеров предпочитает не плевать в колодец, из которого возможно потом придется напиться. Особенно, если кто-то уже получил награду или благодарность за эту удачную вербовку. Если вы сдадите коллегу и выставите его на посмешище, в следующий раз вас самого никто не прикроет, когда вам это будет нужно. Сам я, обнаружив подобное очковтирательство, всегда сообщал в Центр, что источник очень нервничал и не согласился шпионить на нас, находясь в США, из-за страха перед ФБР. Я никогда не плевал в колодец."