Дверь вела в маленькую гардеробную. Дело в том, что в резидентуре не разрешалось находиться в куртках и пиджаках из-за того, что в них можно было спрятать документы или миниатюрный фотоаппарат. Офицеры СВР оставляли в шкафчиках свои пиджаки, сотовые телефоны, ноутбуки и другую электронику. Видеокамера фиксировала всех, кто в эту комнату заходил. Ее установили после того, как у нескольких офицеров кто-то вытащил деньги из кошельков, оставленных в куртках. Следующая тяжелая стальная дверь с четырехзначным цифровым замком вела из гардеробной комнаты в резидентуру.

Секретарь, сидевший возле двери, записывал всех, кто входит и выходит, и указывал точное время. Коротенький коридорчик слева вел в главный коридор длиной метров 30, по обе стороны которого находились кабинеты. В связи с тем, что нью-йоркская резидентура была одной самых больших и самой важной в СВР, там были представлены все линии (отделы) Службы, а именно: линия ОТ (Опер-техника), линия Н (Нелегалы), линия ЭР (Экономическая разведка), линия РП (Радиоперехват), линия X (Научно-техническая разведка), линия ВКР (Внешняя контрразведка) и линия ПР (Политическая разведка), которая была самой большой и самой важной. Резиденты всегда назначались из числа сотрудников линии ПР. Еще в резидентуре был свой архив, называвшийся "Система Контакт". В комнате архива хранилось полтора миллиона микрослайдов, большинство из которых содержало информацию об американских гражданах. На этаже была еще "фотокомната". Дело в том, что СВР не пересылала донесения своих офицеров в письменном виде посредством диппочты, а вместо этого фотографировала каждый отчет и отправляла пленку в Центр, где ее проявляли и печатали. За исключением документов, имевших особую ценность, оригиналы сжигались после фотографирования.

Водитель представительского лимузина уже ждал в аэропорту им. Кеннеди, когда рейс из Москвы, которым летели Сергей, Елена и Ксения, совершил посадку. Поселив своих женщин в "Ривердейл", Сергей сразу поехал в миссию. Лицо его было непроницаемо, он весь был погружен в мысли о своей новой, очень ответственной работе. В то же время он был возбужден, как первоклассник, идущий на первый урок. В свои 38 лет Сергей был самым молодым заместителем резидента, назначенным когда-либо в Нью-Йорк. И все же он был уверен в себе. Вся его профессиональная деятельность на тот момент была посвящена подготовке к этому назначению, и ему не терпелось померяться силами с ФБР и ЦРУ.

Еще ребенком, засыпая, Сергей мечтал о том дне, когда он станет офицером КГБ и будет сражаться с главным противником своей Родины, Соединенными Штатами. С тех пор, когда он предавался этим юношеским мечтам, уютно закутавшись в одеяло в своей кровати в квартире на Фрунзенской улице, прошло немало времени. Карьера Сергея не один разделала неожиданные повороты, но вот его момент наконец-то настал.

Без колебаний он прикоснулся монетой к двери, ведущей в "подводную лодку", и услышал, как щелкнула задвижка электронного замка.

2

Октябрь 1956

Оказалось, что связь с КГБ была у Сергея наследственной. У истоков стояла его бабушка по материнской линии, Любовь Ионина. Во время Великой Отечественной Войны она была начальницей над всеми секретаршами НКВД, предшественника КГБ. Любовь и еще двадцать пять машинисток обслуживали исключительно Лаврентия Павловича Берию, пресловутого главу спецслужб, который руководил заключительным этапом Большой Чистки 30-х годов. Во времена сталинского террора было арестовано около 1,7 миллиона человек. Семьсот тысяч было казнено.

Любовь работала в секретном бункере на территории Кремля. Чтобы описать Берию и, вообще, дух того времени, она не раз рассказывала полушепотом такую историю. Как-то утром к ним в бункер пришел Лаврентий Павлович и сказал, что ему нужна их помощь. "Девушки, — обратился он к машинисткам, — я вчера передал товарищу Сталину отпечатанный доклад. А вот сейчас забыл совсем, что там было написано. Напомните, пожалуйста, кто его печатал, и о чем там шла речь?" Повисла тишина. Потом встала молоденькая машинистка и сказала: "Товарищ Берия, это я печатала и могу Вам воспроизвести все дословно".

На следующий день девушка исчезла.

Таким образом Любови и ее подчиненным "объяснили", что их дело перепечатывать документы, а не читать или, тем более, запоминать их содержание. Свой рассказ Любовь всегда заканчивала словами: "В нашей стране главное — не задавать вопросы и иметь очень плохую память".

Любовь была лично знакома со Сталиным, и, несмотря на то, что ей так и не присвоили высокого офицерского звания, ее продвижение в рядах НКВД было более стремительным, чем у других сотрудниц органов.