Через несколько дней Сергей получил сообщение от своего приятеля из московского Центра о том, что Фокин написал на него донос. Дескать, Сергей использует фонды КГБ в личных целях.

Как он ни был зол на Фокина, устраивать ему скандал Сергей не стал. В конце концов, он действительно воспользовался казенными деньгами. Вместо этого он пошел прямиком к резиденту. Сергей выложил ему все начистоту и извинился за свою доверчивость. Пономаренко видел, как усердно работает новичок, и, к тому же, сам недолюбливал Фокина. Он сказал, что прикроет Сергея, если у того возникнут проблемы из-за одолженных денег. А потом добавил: "Я уверен, ты — не единственная жертва Фокина". Если тот сдал Сергея, он, вероятно, стучал и на других офицеров тоже.

У Пономаренко был доступ ко всей корреспонденции, уходящей из оттавской резидентуры в Центр с дипломатической почтой, включая частную переписку сотрудников. Он попросил Сергея проверять письма Фокина перед их отправкой в Москву.

Через неделю Сергей нашел то, что искал. Фокин написал в Центр донос на самого Пономаренко. Он сообщал, что жена резидента числится машинисткой и получает соответствующую зарплату, хотя в посольстве практически не появляется.

Пономаренко был разгневан. "Я раздавлю его как таракана! И ты, Сергей, мне в этом поможешь, — взорвался он. — Мы его прихлопнем".

Сергей стал следить за Фокиным во время его отлучек из посольства. Будучи директором Общества Дружбы, Фокин постоянно встречался со своими канадскими источниками, а потом слал в Центр донесения с информацией, которую он, якобы, из них выудил. Однако во время слежки Сергей заметил, что Фокин вообще редко с кем-либо разговаривал. В основном, он сидел в кофейне и читал газеты. Когда Сергей прочитал донесения Фокина, которые тот слал в Центр, его подозрения подтвердились — Фокин писал отчеты на основе того, что узнавал из газет, а не какой-то информации, добытой в беседах с мифическими источниками. "Источников у него просто не было".

Сергей поставил об этом в известность Пономаренко. Резидент вызвал Фокина к себе и вручил ему кассетный магнитофон со словами: "Я хочу, чтобы ты начал записывать своих информаторов". Фокин стал упираться, мол, его источники не станут говорить, зная, что их записывают. Тогда Пономаренко достал миниатюрный микрофончик и сказал, что запись можно вести и без ведома собеседников.

Через несколько дней Фокин робко положил на стол резидента магнитофон и микрокассеты. "По-английски он говорил на уровне ниже среднего, и из записанных разговоров было ясно, что канадцы, с которыми он беседовал, были с ним едва знакомы, — рассказывал Сергей. — В общем, было очевидно, что Фокин в своих донесениях вкладывает в уста канадцев информацию, вычитанную им в газетах. Тем не менее, информацию эту в Центре ценили и считали достоверной, так как она подтверждалась анализом западной прессы".

Хотя Пономаренко и раскрыл махинации Фокина, сообщать в Центр он не стал, так как сам же визировал все его липовые доклады. Вместо этого он стал посылать на него в Центр негативные характеристики, в которых обвинял Фокина в некомпетентности и лени. Самому же Фокину он их не показывал, а подсовывал ему фальшивые аттестации, содержащие одну похвалу.

"Это был классический прием КГБ, — вспоминал Сергей. — Докладывать в Центр, что Фокин — совершенно никчемный сотрудник, которого не только следует отозвать из Оттавы, но и уволить из органов без сохранения пенсии, и в то же время дружески похлопывать его по плечу при встрече". В скором времени Фокина вызвали в Центр и уволили из КГБ.

Вся эта история довольно сблизила Сергея с Пономаренко. Как-то раз резидент-ветеран отвел его в сторону и сказал: "Я помогу тебе встать на ноги. Ты парень трудолюбивый, я тебя научу работать результативно".

Он дал Сергею список канадцев, работавших в госучреждениях или в негосударственных организациях (НГО), которые с ними сотрудничали. Никто из дюжины людей, перечисленных там, не был успешно завербован, но, согласно результатам контактов с офицерами КГБ, они были потенциально склонны к сотрудничеству.

"Но будь осторожен", — предупредил Пономаренко. Он подозревал, что некоторые из канадцев сообщили в Канадскую Службу Безопасности и Разведки (КСБР) о том, что на них выходили агенты КГБ. "Канадская разведка будет пристально за тобой следить, но если ты подружишься с кем-нибудь из этого списка, то, возможно, тебе повезет, и ты сможешь уговорить его нам помогать". Сергей глянул в список и сказал: "Товарищ Пономаренко, я уговорю нескольких".

10