Читаем Тотем. Проклятый полностью

— Блин, да и я тоже не представляю, что бы вы делали без меня.

Но это произнесла не Симона. Голос принадлежал мужчине. Хьюстон в тревоге повернулся.

Возле их столика стоял Эндрюс: короткостриженный, квадратночелюстной, тяжеломускульный. Он стоял очень прямо и из-за рубашки с эполетами-погончиками казалось, что он все еще служит в армии.

Хьюстон отшатнулся.

— Откуда вы появились?

— С черного хода. Поэтому и опоздал. Хотел убедиться, что за мной нет «хвоста». Телефон я проверил: он не прослушивается. — Нервное лицо его было встревожено. Он задумчиво положил на стол папку, выдвинул стул и, выпрямившись, сел. — Вы жутко выглядите. Когда вы вчера позвонили, то не хотели рассказывать, что с вами произошло. А теперь…

Хьюстон рассказал.

Закончил он стариком в драндулете, подобравшим их на дороге. Он поверил в байку о несчастном случае и довез их до близлежащей деревушки, где, как только рыдван скрылся из вида, они заплатили какому-то пьянчуге, который отвез их в другую деревушку, находящуюся несколько дальше.

— И после всего случившегося у вас достает мужества встречаться со мной здесь? В общественном месте, битком набитом народом?

— Мы решили, что на виду у всех нас не станут убивать. Чересчур много свидетелей.

— Из вашего рассказа я понял, что эти ребятишки не особо стесняются.

— Огромное спасибо. Я именно на это и рассчитывал. На поддержку.

— «Верлен» и Харон? Нечто белое?

— Я знаю… смысла в этом не слишком много.

— Как камень, брошенный в пруд. Круги расходятся все дальше и дальше.

— Вам удалось узнать номера? — спросил Хьюстон.

Эндрюс внимательно посмотрел на него.

— Вы решительно настроены на то, чтобы продолжать все это?

— Больше, чем когда бы то ни было. Да разве у нас есть выбор? Либо мы бежим до тех пор, пока нас не схватят, либо раскрываем правду и деремся.

Эндрюс вздохнул.

— Узнал я эти номера. — Он взял папку и положил ее перед собой.

Но пальцы его двигались крайне неохотно.

— Это было непросто. Пришлось напоминать об одолжениях, сделанных мне когда-то. Пришлось и самому покланяться. Я потерял нескольких друзей из армейской разведки. Но в конце концов убедил всех, кого следовало. Им не хотелось называть номера без специального разрешения… Вы все еще уверены в том, что не можете доверять местным властям? Или лучше сказать так: французским властям?

— А вы бы на моем месте им доверилась? И кому: местным полицейским или агентству Беллэя?

— Судя по тому, что произошло — нет.

— Номера, — потребовал Хьюстон.

Эндрюс покосился на папку. Он колебался, теребя печать непослушными пальцами.

— Может быть, вам все же лучше где-нибудь спрятаться? — спросил он. — Разведка просила — нет, даже настаивала — на том, чтобы вы оставались в стороне, пока они проводят расследование.

Хьюстон протянул руку, пытаясь схватить папку.

Эндрюс сам вскрыл печать. И вытащил на свет Божий листок бумаги.

— Ваш отец сделал три телефонных звонка, — сказал он Симоне. — Междугородних, как вы и предполагали. Номера записали на компьютер телефонной компании, и поэтому в гостиницу должны поступить счета. — Он отдал листок Симоне. — Вот они. Номера и страны. Я понятия не имею, кто живет по этим номерам. Но страны должны иметь какое-то определенное значение. Франция, затем Англия, и, наконец, — Америка.

Пит почувствовал холодок.

— Америка?

— Вполне возможно, что он звонил уже вашему отцу, — сказал Эндрюс. — Вот почему я колебался, говорить вам это или нет. Тайны нашего детства должны оставаться в далеком прошлом.

— Ошибаетесь, — сказал Пит. — Если нет правды, зачем тогда все остальное?

— Ради вашего спокойствия я бы, может быть, и согласился. Больше я вам ничем помочь не могу. Разведка приказала мне держаться от всего этого подальше. С этого мгновения вы действуете сами по себе… И вот еще что. — Эндрюс неохотно залез пальцами в папку и вытащил из нее первую страницу парижской газеты. — Вы это видели?

Хьюстон кивнул.

— Происшествие в охотничьей избушке. Упоминания о тех двух, которых мне пришлось… — Хьюстон сглотнул что-то кислое. — Затем речь идет о нас, французские полицейские даже не сомневаются, что мы ответственны за убийство секретного агента. Благодаря Беллэю нас теперь разыскивают. Так как нас не убили, то он представил все в таком свете, будто это мы во всем виноваты. Если бы я смог только добраться до его глот… — Хьюстон застыл. — Они ведь меня заставили это сделать.

— Что?

— Убить. Они разбудили во мне то, что я бы не хотел в себе раскрывать.

— Но самозащита…