Читаем Тотем и табу полностью

Верно, что предметом изучения для психоанализа является индивидуальная психика, но при исследовании индивидуума невозможно обойти стороной эмоциональную основу отношения отдельного человека и общества. Удалось установить, что социальные чувства неизменно содержат в себе эротический элемент – который, если его чрезмерно подчеркивать, а затем вытеснить, становится одним из признаков определенной группы психических расстройств. Психоанализ признает, что в целом неврозы асоциальны по своей природе и всегда направлены на отчуждение человека от общества, на замену безопасного монашеского уединения прежних дней обособлением по болезни. Еще было показано, что сильное чувство вины, преобладающее во многих неврозах, представляет собой социальную модификацию невротической тревоги.

С другой стороны, психоанализ полностью выявил влияние общественных условностей и потребностей на возникновение и развитие неврозов. Силы, которые вызывают ограничение и вытеснение влечений со стороны личности, преимущественно обязаны своим происхождением желанию соответствовать требованиям культуры. Врожденная конституция и набор детских переживаний, которые в иных случаях неизбежно ведут к неврозу, не обеспечат этот результат там, где соответствие культуре отсутствует или когда культурные требования не выдвигаются тем слоем общества, к которому принадлежит индивидуум. Старое утверждение – мол, распространение нервных расстройств обусловлено развитием культуры – правдиво лишь отчасти. Молодежь приобщается к требованиям культуры через воспитание и пример старших поколений; если вытеснение влечений протекает независимо от этих двух факторов, разумно предположить, что первобытная доисторическая потребность наконец-то становится составной частью организованного и унаследованного дара человечества. По сути, ребенок, спонтанно вытесняющий влечения, просто-напросто воспроизводит историю развития общества. То, что сегодня воспринимается как акт внутреннего обуздания, когда-то было внешним действием, навязанным, быть может, текущими потребностями; точно так же требования, предъявляемые ныне каждому молодому индивидууму как внешние, могут со временем сделаться внутренней предрасположенностью к вытеснению.

З. Образовательный интерес

Преобладающий интерес, который должна ощущать к психоанализу теория образования, основан на вполне очевидном факте. Лишь тот, кто проникает в сознание детей, может их воспитывать; а мы, взрослые люди, не в состоянии понять детей, потому что уже не понимаем собственное детство. Наша инфантильная амнезия доказывает, что мы отдалились от детства. Психоанализ обнажает желания, мыслительные образы и процессы детского развития. Все более ранние попытки в этом направлении были в высшей степени неполными и вводили в заблуждение, поскольку напрочь упускали из вида важнейший фактор сексуальности в ее физических и психических проявлениях. То изумление, с каким встречают наиболее достоверные выводы психоанализа о детстве – эдипов комплекс, себялюбие (или «нарциссизм»), склонность к извращениям, анальный эротизм, сексуальное любопытство, – отражает всю глубину пропасти, отделяющей нашу душевную жизнь, наши ценностные суждения и даже наши мыслительные процессы от мыслительных процессов нормальных детей, не говоря уже о больных.

Когда воспитатели ознакомятся с данными психоанализа, им будет легче примириться с определенными стадиями детского развития; в частности они уже не будут придавать чрезмерное значение социально бесполезным или извращенным инстинктивным словам и поступкам детей. Наоборот, они будут воздерживаться от всякой попытки насильственного подавления таких побуждений, когда осознают, что попытки такого рода зачастую обеспечивают не менее нежелательные результаты, чем пугающее воспитателей попустительство детским шалостям. Насильственное подавление сильных влечений извне вряд ли способно обуздать или целиком затушить эти влечения у ребенка; оно сводится к вытеснению, что создает предрасположенность к позднейшим нервным заболеваниям. Психоаналитику часто выпадает возможность наблюдать воочию, сколь важна неуместная строгость воспитания для развития неврозов; индивидуум теряет работоспособность и не может получать удовольствие, расплачиваясь за нормальность, на которой настаивает воспитатель. Еще психоанализ может показать, сколь поистине бесценный вклад в формирование характера вносят асоциальные и извращенные влечения ребенка – при условии, что они не подвергаются вытеснению, а перенаправляются со своих первоначальных целей к более возвышенным посредством так называемой сублимации. Наши высшие добродетели суть отклики и сублимации наших наихудших склонностей. Образование должно тщательно воздерживаться от погребения этих драгоценных источников действия, должно ограничиваться поощрением процессов, посредством которых энергия организма направляется по безопасным путям. Все, чего можно ожидать от индивидуальной профилактики неврозов, находится в руках психоаналитически просвещенного образования[294].

Перейти на страницу:

Похожие книги

Психология и психотерапия семьи
Психология и психотерапия семьи

Четвертое издание монографии (предыдущие вышли в 1990, 1999, 2001 гг.) переработано и дополнено. В книге освещены основные психологические механизмы функционирования семьи – действие вертикальных и горизонтальных стрессоров, динамика семьи, структура семейных ролей, коммуникации в семье. Приведен обзор основных направлений и школ семейной психотерапии – психоаналитической, системной, конструктивной и других. Впервые авторами изложена оригинальная концепция «патологизирующего семейного наследования». Особый интерес представляют психологические методы исследования семьи, многие из которых разработаны авторами.Издание предназначено для психологов, психотерапевтов и представителей смежных специальностей.

Эдмонд Эйдемиллер , Виктор Викторович Юстицкис , В. Юстицкис

Психология и психотерапия / Психология / Образование и наука
Наши негласные правила. Почему мы делаем то, что делаем
Наши негласные правила. Почему мы делаем то, что делаем

Джордан Уэйс — доктор медицинских наук и практикующий психиатр. Он общается с сотнями пациентов, изучая их модели поведения и чувства. Книга «Наши негласные правила» стала результатом его уникальной и успешной работы по выявлению причин наших поступков.По мнению автора, все мы живем, руководствуясь определенным набором правил, регулирующих наше поведение. Некоторые правила вполне прозрачны и очевидны. Это наши сознательные убеждения. Другие же, наоборот, подсознательные — это и есть наши негласные правила. Именно они играют наибольшую роль в том процессе, который мы называем жизнью. Когда мы делаем что-то, что идет вразрез с нашими негласными правилами, мы испытываем стресс, чувство тревоги и эмоциональное истощение, не понимая причину.Джордан Уэйс в доступной форме объясняет, как сделать так, чтобы наши правила работали в нашу пользу, а не против нас. Благодаря этому, мы сможем разрешить многие трудные жизненные ситуации, улучшить свои отношения с окружающими и повысить самооценку.

Джордан Уэйс

Психология и психотерапия / Психология / Образование и наука