Читаем Торт в небе полностью

- Ладно, пока будем звать его синьор Джеппетто, ведь надо же как-то его называть, - ответил Паоло. - Но кто он такой? Что он тут делает? Как сюда попал?

- Я почём знаю. Может, как мы, так и он. И потом, видишь: он пишет значит, он писатель. Журналист.

- Ну ладно, теперь у тебя есть о чём думать? Думай да помалкивай, пока он нас не заметил.

Рита притихла и стала лизать стенку из мороженого. Но в ту же минуту тишина взорвалась, словно бомба.

- Это Зорро! - воскликнула Рита. - Прибежал по нашим следам.

- Всё погибло, - сказал Паоло тоже во весь голос: он так взволновался, что позабыл про всякую осторожность.

Зорро с радостным лаем бросился к ним, а Паоло припал к отверстию да так и обмер: таинственный синьор Джеппетто вскочил на ноги и стал испуганно озираться по сторонам.

- Молодец, Зорро! - прошептал Паоло.

Пёс улёгся и завилял хвостом.

- Синьор Джеппетто услышал, - сказал Паоло. - Он обходит пещеру, осматривает стены...

- Похоже, пора смываться.

- Постой. Мне хочется установить...

- Ну да, вот он сейчас сам нас "установит", тогда узнаешь!

- Тихо. Он подходит сюда.

Загадочный обитатель торта, осматривая стены пещеры, подошёл вплотную к отверстию, и Паоло мог рассмотреть его вблизи. Это был староватый, лысоватый, сутуловатый - словом, во всех отношениях чуточку "атый" человек, вот разве что стёкла очков у него были не толстоватые, а прямо-таки толстенные, толщиною в палец, а за ними сверкали необычайно живые чёрные глаза. На нём был длинный широкий балахон, нечто среднее между халатом продавца и фартуком аптекаря. На шее болтался похожий на тряпку галстук, измятый воротник был расстёгнут.

- Бежим, Паоло!

Но Паоло словно прирос к глазку в стене и даже не шелохнулся, когда "синьор Джеппетто" навёл на него свои окуляры. С обеих сторон стены - а она, как мы знаем, была из фисташкового мороженого - две пары любопытных глаз сверлили друг друга взглядом. У Паоло душа в пятки ушла, но он не сдвинулся с места. А загадочный и, ясное дело, не настоящий синьор Джеппетто, похоже, ничуть не испугался. Он крикнул раздражённым голосом:

- Сквак сквок карапак пик!

Такие примерно звуки услышали Паоло и Рита. А также голос Зорро - он вскочил и залаял.

- Брек брок караброк пок! - выкрикнул старикан и принялся обеими руками расширять отверстие. В несколько секунд он проделал в стене окошко и выглянул в него, не переставая квакать на своём непонятном языке.

- Бежим! - крикнул Паоло и попятился назад, не спуская глаз с лица в квадратном окошке посреди зеленоватой стены, освещённой дрожащим лучом фонарика в руке любопытной Риты.

И тут он увидел, или ему почудилось, что за стёклами очков мелькнула улыбка... Ну, а потом они повернулись и ну нарезать во все лопатки по галерее, так что пятки засверкали. Задыхаясь, продирались они сквозь топи сиропа, ликёра и мармелада, с разбегу налетали на стенки из сливок и слоёного теста.

А вон и свет блеснул там внизу... Уже ночь, но все прожекторы зажжены и наведены на торт... Паоло лихорадочно соображал, пробивая отверстие для выхода, потом бросил фонарик под гору и крикнул:

- Зорро, возьми!

Зорро не заставил повторять приказание; он с лаем выскочил из галереи и помчался за фонариком вниз по склону, верный старой игре, которой Паоло и Рита обучили его. Лучи прожекторов, рассекая воздух, вмиг обратились на него. Внизу поднялась страшная суматоха.

Замысел Паоло оправдался. Они побежали вниз по склону, оставленному во тьме словно взбесившимися прожекторами.

- Ну, вот и выбрались...

- Ой, мамочки! - вдруг воскликнула Рита. - Ботинок потеряла!

- Где?

- Не знаю, наверное когда спускались с горы. Пойти поискать, что ли?

- Умница! Тебя сцапают, и всё откроется.

- А торт съедят! Нет уж, ну его, этот ботинок.

Мамы дома не было. Она пришла полчаса спустя, когда "Диомед", уверившись, что марсиане не проявляют враждебных намерений, разрешил обитателям выйти из подвалов.

- Вы хорошо себя вели? Испугались?

- Да, мама, - ответил Паоло на первый вопрос.

- Нет, мама, - ответила Рита на второй.

- Молодцы! - сказала синьора Чечилия. - Сейчас я приготовлю вам ужин.

"Караул!" - подумала про себя Рита, но смолчала.

Золушкин ботинок

Прожекторы оставили Зорро в покое и вновь залили холм потоками света, и тут один из пожарников заметил детский ботинок, он лежал в запретной зоне, прямо у него под носом.

- А ведь этого ботинка тут раньше не было, - сказал он. - Я с этого места весь вечер глаз не спускаю, каждый камешек на нём сосчитал. Ей-богу, только что никакого ботинка тут не было. Правда, сдаётся мне, вроде бы я видел, как сверху что-то такое пронеслось, когда тут вся эта каша вокруг глупого пса заварилась...

- А ты отнеси ботинок начальству да обо всём и доложи, - подал ему мысль товарищ.

- И то верно, пойду отнесу.

"Диомед", он же командование, принял ботинок скептически.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Всего одиннадцать! или Шуры-муры в пятом «Д»
Всего одиннадцать! или Шуры-муры в пятом «Д»

Ради любви – первой в жизни! – Егор и Никита готовы на все. Купить на скопленные деньги огромный букет цветов, засыпать единственную-неповторимую подарками, чудом достать билет на желанный для нее концерт – пожалуйста! Вот только влюбились друзья в одну и ту же девочку – новенькую в пятом «Д», Ангелину. Да что там билеты и цветы: кто из них готов рискнуть жизнью ради любимой и что дороже – любовь или мужская дружба? Не важно, что им всего одиннадцать: чувства – самые настоящие! И нестандартный характер предмета их любви только доказывает, что все в этой жизни бывает по-взрослому, и это совсем не легко.Новая книга Виктории Ледерман написана в форме чередующихся монологов трех главных героев. Повествование переключается то на размышления Ангелины, которая жаждет внимания и ловко манипулирует одноклассниками, то на метания добродушного хулигана Егора, то на переживания рефлексирующего «ботаника» Никиты. Читатель же получает редкую в детской литературе возможность понять и прочувствовать каждого персонажа «изнутри», не ассоциируя себя лишь с кем-то одним. Следить за эволюцией Егора, Никиты и Ангелины, за их мыслями и чувствами – процесс увлекательный и волнующий!Вечный для взрослой и необычный для детской литературы сюжет – любовный треугольник – переживается его участниками в одиннадцать лет столь же остро, как и в старшем возрасте. Сквозь узнаваемые реалии наших дней – супермаркеты, соцсети, компьютерные игры – проступают детали, перекочевавшие из детской классики: мальчишеское геройство, чувство локтя, закаляющиеся от страницы к странице характеры. И повесть о современных пятиклассниках вдруг оказывается мостиком к внутреннему росту и взрослению.«Всего одиннадцать! или Шуры-муры в пятом "Д"» продолжает традиции первых двух книг Виктории Ледерман, «Календарь ма(й)я» и «Первокурсница»: она такая же кинематографичная и насыщенная событиями, такая же неназидательная и зовущая к обсуждению. Предыдущие повести писательницы, изданные «КомпасГидом», стали хитами и уже заняли почетные места на книжных полках – где-то рядом с Анатолием Алексиным и Виктором Драгунским. Новая повесть рассчитана на подростков и наверняка быстро найдет своих поклонников.2-е издание, исправленное.

Виктория Валерьевна Ледерман , Виктория Ледерман

Детская литература / Прочая детская литература / Книги Для Детей