Читаем Торн полностью

Так и повелось между нами в течение следующих нескольких месяцев. Я оставалась дома одна в ожидании, когда понадоблюсь Майлзу. Когда у меня была работа, я думала, как было бы здорово оставаться дома весь день и смотреть телевизор, но сейчас я бы все отдала за нее или хотя бы за повод выбраться из дома.

Мы сходили на ужин с парочкой клиентов Майлза, присутствовали на нескольких вечеринках и даже съездили в Даллас на большой гала-вечер в один из музеев. Было весело, наверное. Большая часть людей смотрели на меня и задавали глупые вопросы, фактически не направленные в мой адрес. На людях Майлз всегда был добр и вежлив, но когда мы оставались одни он, по большей части игнорировал меня или вовсе не замечал. Если бы я только знала, что так будет… не знаю. Может я бы все равно это сделала. А может, и нет.

Однажды днем я сидела, свернувшись калачиком на диване, когда Майлз вошел в дом, хлопнув дверью. Я имею в виду, буквально, хлопнув. Входная дверь закрылась с таким грохотом, что я аж почувствовала, как вздрогнул дом. Я привстала, наблюдая, как он стянул с себя пиджак, бросил его на спинку стула и направился к бару.

– Плохой день? – поинтересовалась я, хотя было только три часа дня. Обычно в рабочие дни Майлз не возвращался домой раньше семи.

Он не ответил. Не удивительно. Я уже привыкла, что он игнорирует мои вопросы, поэтому снова села на диван. Мне оставалось дочитать два абзаца в книжке, когда он произнес:

– Собирай вещи. Мы уезжаем через час.

– Собирать вещи? Зачем?

Он не сразу ответил. Сделал большой глоток того, что пил. Подозреваю, это был виски – похоже, это его любимый напиток – но я не уверена. После чего повернулся и впервые за долгие недели сфокусировал взгляд на мне.

– Меня вызвали в дом отца, поэтому мне нужно, чтобы ты пошла собираться. Прихвати пару коктейльных платьев. Родители любят наряжаться к ужину.

Это не было проблемой. Через пару дней после нашего возвращения из Флориды, Джоан прошлась со мной по магазинам. Она сказала, что у истинной леди должен быть соответствующий гардероб и что она не представляет как тот, который у меня сейчас, может этому соответствовать. Было сложно не обижаться на слова, которые часто слетали с ее губ, но было сложно и обидеться, потому что в половине случаев я даже не понимала, что меня оскорбили, пока не задумывалась на пару минут, чтобы переварить сказанное.

Я уронила книгу на диван и направилась вон из комнаты.

– Райли? – окликнул меня Майлз.

Я обернулась и посмотрела на него.

– Очень важно, чтобы все, кого мы встретим в доме моих родителей, поверили, что этот брак настоящий. Я осознаю, что не был особо предусмотрителен с тобой последние недели, но, пожалуйста…

– Я буду вести себя наилучшим образом.

Когда он смотрел на меня, во всей его фигуре чувствовалось напряжение, начиная от застывших плеч и заканчивая окаменевшей челюстью.

– Если у нас получится с этим справиться, то это будет последнее, о чем я тебя попрошу.

– Ладно.

Собирать вещи для этой поездки совсем не походило на сборы для медового месяца. Теперь у меня были чемоданы с монограммой и красивая одежда, требовавшая аккуратного обращения. Я сложила несколько пар обуви и косметику – теперь я пользовалась косметикой. Джоан отвела меня в СПА-салон, где меня научили с помощью макияжа подчеркивать свои достоинства и скрывать недостатки. Я по-прежнему не часто красилась, только когда Майлз выводил меня в свет, но все же было приятно осознавать, что теперь я могу нанести макияж так, чтобы не выглядеть при этом клоуном.

Я сменила шорты на мягкое льняное платье, делавшее мою фигуру соблазнительной. По крайней мере, мне так казалось, хотя Майлз, похоже, подобного никогда не замечал. Собрала волосы в высокий хвост и подправила макияж, побросав все в дорожную сумку, на покупке которой также настояла Джоан. Полностью собравшись, я открыла дверь и обнаружила Майлза, который мерил шагами коридор.

От предстоящей поездки его явно скручивало узлом, хотя я даже не могла предположить по какой причине. По правде говоря, я перестала пытаться понять своего мужа. Он был для меня загадкой, которую я не могла разгадать.

Мы добирались до аэропорта в тишине. Не в состоянии больше этого вынести, включила радио. Я набрела на какую-то местную радиостанцию, по которой транслировали песню Синатры «Такова жизнь» и начала напевать себе под нос, думая о тетушках с толикой ностальгии.

Майлз молча выключил радио.