Читаем Тор-шер полностью

Помнишь, как все тебя хотели – и честные,                                        и мерзавцы, олухи и мошенникипошлый конгломерат с трезвыми женками,                                                     радужными рефренамикнижками о Ключевском Василии от Милицы Нечкинойпираты, морские свинки, приват-доцентыи лица к императорам приближенныесбирались в отель на очередной консилиумпредпочтя завтрак серьезным решениямсо спитым чаем и минскими гренкамиа также парад нижных конечностей(по Барбаре Винкен, этот телесный акцент в своей мощнойнапряженности излучает способность                                                    и готовность к насилию…что-то отчаянно воинственное и презренное)варварский пост в сети, плывущий жжеными                                                карминными половинкамиплатяной шкаф в качестве печки, ибо тепло                                                                исходит от шкафаплатим дружно, кафетерия закроется скоро.                                            Транслируются как по теликус буратинного поля приветы семье, а еще брательнику(w"urdest Du auch mich gr"ussen oder wenigstens winke mir4                                                 грустно, весело ли, лукаво)Улисс возращается на эту улицу                                  будьте в отражениях осторожныстарая пара в трамвае ведет опрос о том, кто из нас незаметил гостей и корыто не сдал в починкупарень с резиновой куклой или гитарой                                  шатается по площади Александраесли нахлынет, не уточняйте количество лиц                                                           и кто живет в домеотчего же так сводит скулы, кто на тыльной следы                                                           громоздит сторонеаватара, движения месяца перочинного                                                            или луны, ладонискрытых линий глиссандо?желчь или жесть – из озера правды сермяжной —                                                           по капле смахивайпоследний луч солнца, вполне промозглый,                                                           просит из снов всехотобрать те, в которых пылают щеки или поет                                                        рыцарство сентябрей
Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Рустам Карапетьян , Кэти Тайерс , Иван Чебан , Дмитрий Громов

Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза / Cтихи, поэзия