Читаем Тоннель эго полностью

– Не приятно и не неприятно, – ответил я, – просто как есть.

– Istigkeit – не это ли слово любил Майстер Экхарт? Есть-ность. Бытие из платоновской философии – но Платон совершил огромную нелепую ошибку, отделив Бытие от Становления и отождествив его с математической абстракцией Идеи. Он, бедняга, никогда не видел, как цветы сияют собственным внутренним светом и трепещут под грузом заключенного в них смысла; никогда не воспринимал во всей остроте значения розы, ириса и гвоздики – значения быть не большим и не меньшим, чем они есть, – преходящими, но вечными: вечной гибелью, которая в то же время – чистое Бытие, связка крошечных, уникальных частиц, в которых, благодаря какому-то невыразимому, но самоочевидному парадоксу, виден божественный источник всего сущего.


Здесь мы видим первый пример незаконного на сегодняшний день состояния сознания. Мало кто может достичь описанного Хаксли состояния не нарушив закон. Классический опыт в этой области – эксперимент Уолтера Панке «Страстная пятница», проведенный с участием студентов-богословов в Гарвардском университете в 1962 году10. Недавно этот эксперимент был дважды воспроизведен: на этот раз Роландом Гриффитом на кафедре психиатрии и исследования поведения в медицинском институте Джона Хопкинса в Балтиморе. На сей раз в качестве психоактивного вещества использовался не мескалин, а псилоцибин – тоже природное вещество, использующееся в сакральных целях и в религиозных ритуалах некоторых культур, возможно, уже тысячу лет. Будь у вас возможность оценить описанное ниже состояние сознания, какую оценку вы бы поставили?


Мои переживания прямо воспроизводили метафизическую теорию, известную как эманационизм, начиная с чистого, непреломленного бесконечного божественного света, который разбился затем на формы и уменьшил интенсивность, проходя нисходящие стадии реальности. <…> Теория эманации, особенно сложные слои индуистской и буддистской космологии и психологии были для меня до того концепциями и умозаключениями. Теперь они стали объектами самого прямого и непосредственного восприятия. Я прекрасно понимаю, как возникли эти теории, если их создатели переживали подобное. Но, кроме их происхождения, теперь мои переживания свидетельствовали об их абсолютной истинности.


Другие участники опыта описывали свои чувства как трепет, благоговение, прикосновение к святому. Тщательное воспроизведение классического опыта Панке, опубликованное в 2006 году, использовало двойной слепой строгий метод клинической фармакологии для оценки как острых (семь часов), так и долговременных воздействий псилоцибина на настроение и психику в сравнении с воздействием другого активного вещества (метилфенидата)11. Опыт проводился на тридцати шести образованных, не пробовавших галлюциногенов добровольцах. Все тридцать шесть, хотя бы периодически, участвовали в религиозной или духовной активности – такой как богослужения, молитва, медитация, церковный хор – или в образовательных и дискуссионных группах, что ограничивает общеприменимость выводов. На основании установленных перед экспериментом научных критериев двадцать два волонтера из тридцати шести испытали полноценные мистические переживания. Двенадцать из этих волонтеров оценили псилоцибиновые переживания как уникальный, наиболее духовно значимый опыт в жизни, а оставшиеся 38 % отнесли его к пяти самым духовно значимым опытам. Больше двух третей волонтеров отнесли опыт с псилоцибином к самым значимым или одному из пяти самых значимых переживаний всей жизни.

Перейти на страницу:

Все книги серии Золотой фонд науки

φ – Число Бога
φ – Число Бога

Как только не называли это загадочное число, которое математики обозначают буквой φ: и золотым сечением, и числом Бога, и божественной пропорцией. Оно играет важнейшую роль и в геометрии живой природы, и в творениях человека, его закладывают в основу произведений живописи, скульптуры и архитектуры, мало того – ему посвящают приключенческие романы! Но заслужена ли подобная слава? Что здесь правда, а что не совсем, какова история Золотого сечения в науке и культуре, и чем вызван такой интерес к простому геометрическому соотношению, решил выяснить известный американский астрофизик и популяризатор науки Марио Ливио. Увлекательное расследование привело к неожиданным результатам…Увлекательный сюжет и нетривиальная развязка, убедительная логика и независимость суждений, малоизвестные факты из истории науки и неожиданные сопоставления – вот что делает эту научно-популярную книгу настоящим детективом и несомненным бестселлером.

Марио Ливио

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Вселенная! Курс выживания
Вселенная! Курс выживания

Эта книга – идеальный путеводитель по самым важным и, конечно, самым увлекательным вопросам современной физики: «Возможны ли путешествия во времени?», «Существуют ли параллельные вселенные?», «Если вселенная расширяется, то куда она расширяется?», «Что будет, если, разогнавшись до скорости света, посмотреть на себя в зеркало?», «Зачем нужны коллайдеры частиц, и почему они должны работать постоянно? Разве в них не повторяют без конца одни и те же эксперименты?» Юмор, парадоксальность, увлекательность и доступность изложения ставят эту книгу на одну полку с бестселлерами Я. Перельмана, С. Хокинга, Б. Брайсона и Б. Грина.Настоящий подарок для всех, кого интересует современная наука, – от любознательного старшеклассника до его любимого учителя, от студента-филолога до доктора физико-математических наук.

Дэйв Голдберг , Джефф Бломквист

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
От Дарвина до Эйнштейна
От Дарвина до Эйнштейна

Эта книга – блестящее подтверждение вечной истины «не ошибается только тот, кто ничего не делает»! Человеку свойственно ошибаться, а великие умы совершают подлинно великие ошибки. Американский астрофизик Марио Ливио решил исследовать заблуждения самых блистательных ученых в истории человечества и разобраться не только в сути этих ляпсусов, но и в том, какие психологические причины за ними стоят, а главное – в том, как они повлияли на дальнейший прогресс человечества. Дарвин, Кельвин, Эйнштейн, Полинг, Хойл – эти имена знакомы нам со школьной скамьи, однако мы и не подозревали, в какие тупики заводили этих гениев ошибочные предположения, спешка или упрямство и какие неожиданные выходы из этих тупиков находила сама жизнь… Читателя ждет увлекательный экскурс в историю и эволюцию науки, который не только расширит кругозор, но и поможет понять, что способность ошибаться – великий дар. Дар, без которого человек не может быть человеком.

Марио Ливио

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги

История Франции. С древнейших времен до Версальского договора
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора

Уильям Стирнс Дэвис, профессор истории Университета штата Миннесота, рассказывает в своей книге о самых главных событиях двухтысячелетней истории Франции, начиная с древних галлов и заканчивая подписанием Версальского договора в 1919 г. Благодаря своей сжатости и насыщенности информацией этот обзор многих веков жизни страны становится увлекательным экскурсом во времена антики и Средневековья, царствования Генриха IV и Людовика XIII, правления кардинала Ришелье и Людовика XIV с идеями просвещения и величайшими писателями и учеными тогдашней Франции. Революция конца XVIII в., провозглашение республики, империя Наполеона, Реставрация Бурбонов, монархия Луи-Филиппа, Вторая империя Наполеона III, снова республика и Первая мировая война… Автору не всегда удается сохранить то беспристрастие, которого обычно требуют от историка, но это лишь добавляет книге интереса, привлекая читателей, изучающих или увлекающихся историей Франции и Западной Европы в целом.

Уильям Стирнс Дэвис

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука
Суперпамять
Суперпамять

Какие ассоциации вызывают у вас слова «улучшение памяти»? Специальные мнемонические техники, сложные приемы запоминания списков, чисел, имен? Эта книга не предлагает ничего подобного. Никаких скучных заучиваний и многократных повторений того, что придумано другими. С вами будут только ваши собственные воспоминания. Автор книги Мэрилу Хеннер – одна из двенадцати человек в мире, обладающих Сверхъестественной Автобиографической Памятью – САП (этот факт научно доказан). Она помнит мельчайшие детали своей жизни, начиная с раннего детства.По мнению ученых, исследовавших феномен САП, книга позволяет взглянуть по-новому на работу мозга и на то, как он создает и сохраняет воспоминания. Простые, практичные и забавные упражнения помогут вам усовершенствовать память без применения сложных техник, значительно повысить эффективность работы мозга, вспоминая прошлое, изменить к лучшему жизнь уже сейчас. Настройтесь на то, чтобы использовать силу своей автобиографической памяти!

Мэрилу Хеннер , Герасим Энрихович Авшарян

Детская образовательная литература / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Самосовершенствование / Психология / Эзотерика
История леса
История леса

Лес часто воспринимают как символ природы, антипод цивилизации: где начинается лес, там заканчивается культура. Однако эта книга представляет читателю совсем иную картину. В любой стране мира, где растет лес, он играет в жизни людей огромную роль, однако отношение к нему может быть различным. В Германии связи между человеком и лесом традиционно очень сильны. Это отражается не только в облике лесов – ухоженных, послушных, пронизанных частой сетью дорожек и указателей. Не менее ярко явлена и обратная сторона – лесом пропитана вся немецкая культура. От знаменитой битвы в Тевтобургском лесу, через сказки и народные песни лес приходит в поэзию, музыку и театр, наполняя немецкий романтизм и вдохновляя экологические движения XX века. Поэтому, чтобы рассказать историю леса, немецкому автору нужно осмелиться объять необъятное и соединить несоединимое – экономику и поэзию, ботанику и политику, археологию и охрану природы.Именно таким путем и идет автор «Истории леса», палеоботаник, профессор Ганноверского университета Хансйорг Кюстер. Его книга рассказывает читателю историю не только леса, но и людей – их отношения к природе, их хозяйства и культуры.

Хансйорг Кюстер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература