Читаем Том VIII полностью

Письмо мое препровождаю чрез моего наместника с целию: он мне напишет, что вручил Вам письмо. Оно, как Вы видите, вовсе нецеремонное; все из сердца. Не утруждайте себя ответом на него: имею от Вас письмо, которое — читаю и перечитываю всегда с новым духовным наслаждением, с благодарением Богу. Это письмо — Ваша душа; Богу угодно, чтоб она была для меня открыта к общей пользе: моей и Вашей. Говорящий слово Божие и слушающий слово Божие пользуются вместе, а приносит пользу — Бог. Он соединяет здесь, на земле, в юдоли скорбей и плача, человеков в единомыслие Своим всесвятым, всесильным словом. Он вселяет единомысленных по окончании земного странствования в дом вечный, где духовный праздник никогда не умолкает. Он да дарует нам здесь благоугодное Ему единомыслие и единодушие, как залог; а там — на небе, в вечности, да дарует неизреченное блаженство, как исполнение залога… Какая мысль сейчас пришла мне! Не скрою ее! дал бы мне милосердый Господь видеть Вас со всеми чадами и внучатами Вашими в селении вечном, полном света и радости, полном славословия Богу, как зрел я вас всех прошлого году 14-го октября, собранных в Его святом храме. Вы устроили в доме Вашем приют для Бога, — устраивайте и в душе Вашей; — Он устроит Вам дом, обитель великолепную в Его святом граде, в Иерусалиме Небесном. Он устроит, потому что обещал воздать каждому по делам его.

25 сентября 1847 г.

Параскева Ивановна Мятлева (1772–1858; урожденная Салтыкова) — супруга тайного советника, камергера Петра Васильевича Мятлева. В Жизнеописании Архимандрита Игнатия (Малышева) рассказывается: «Внушая к себе особенное уважение и доверие, о. Игнатий был принят во многих аристократических домах как друг и наставник. Статс-дама Прасковья Ивановна Мятлева избрала его своим духовным отцом. Строгий к себе, ревностный в исполнении заповедей Божиих, о. Игнатий, несмотря на любовь к духовным детям своим, не послаблял им ни в чем и умел даже внушать к себе некоторый страх. Умилительно было видеть, как почтенная старушка повиновалась своему духовному отцу, преодолевая иногда привычки светской жизни, и сохранила это повиновение до самой смерти» (СПб., 2000. С. 30).

{стр. 139}

Письмо

святителя Игнатия

к Николаю Николаевичу Анненскому [64]

†

Ни в какое время душа моя не была столь полна участия к Вам, как теперь… жалостно смотрю на Вас, на странника, претерпевшего кораблекрушение в житейском море, выкинутого свирепою волною на берег приморский… На этом берегу — тихая обитель иноков — пристань от бурь житейского моря. Подхожу к Вам… вижу: этот странник, орошенный холодною волною, — мой старинный знакомый! — и первая мысль, первое чувство: приютить, обогреть странника, утешить друга, и, если есть в руке моей средство помощи, положить это средство в его руки, принести к ногам его!..

Такие ощущения родились в душе моей при прочтении вашего письма!.. Не взыщите, что в заглавии строк моих я не поставил светского титула, заменил его «знамением Христовым». Пусть знамя Христово развевается над словом моим… И Вы стали под это знамя! Вождь крестоносцев говорит: Иго Мое благо, и бремя Мое легко есть. — Давно уже был Вам призыв под это Знамя! — теперь Вы выкинуты под сень его насильственно, гневною волною. На эту волну смотрел Бог!

Благословен поступок Ваш: Вы не уклонились ни направо, ни налево; — в час скорби вашей Вы кинулись к Богу, в храм Его, в святую обитель. И Бог принял Вас…

Не для играний — человек на земле! не для играний… Немаловажно, что Бог создал человека по образу и подобию Своему! Немаловажно, что Сын Божий искупил падшего человека Своею кровию!.. Надо дать цену этим щедротам Бога! надо дать цену всесвятой крови Богочеловека!… Нет! не оценивают их достойно те, которые обращают на веру поверхностное, мимоходное внимание, а все внимание души своей истощают на играния суетным, временным, тленным. И те, которые всю жизнь свою посвятили Богу, — ничего не сделали, не принесли ничего достойного в сравнении с благодеяниями Божиими! — Один, один достоин стать пред Богом: дух, исполненный сокрушения и смирения. Это достоинство человеческое одно признал Сам Бог достоинством. И может стать в таком расположении дух наш — когда он уклонится от всех играний.

Не советую Вам выходить из того наружного круга, в который мы поставлены Промыслом Божиим. Узы Ваши — узы священ{стр. 140}ные. На них священная печать, наложенная благословением Божиим, призванная таинством церковным и сопутствующими ему молитвами. Уединением Вашим — да будет душа Ваша, умерщвленная для мира; святою обителию Вашею — да будет душа Ваша, — да будет она обителию всех евангельских добродетелей. Играния да заменятся существенным, и тени — истиною. Нет возможности приступить к Богу иначе, как по тернию скорбей. Допущенный к Богу — приступил к сокровищнице всех благ, временных и вечных. Бог, кого хочет приблизить к себе, попускает тому скорбь. Волна, которою Вы закинуты в страну креста, послана на Вас Богом, любящим и избирающим Вас, — послана, как буря и кит были посланы на пророка Иону.