Читаем Том и полночный сад полностью

Том удивился — неужели теории входят в моду и выходят из моды, как дамские платья? Он упустил дядину мысль, сосредоточился, кажется, что-то понял, окончательно запутался и загрустил.

— Я тоже слышал одну теорию, — сказал Том, когда дядя прервался на чашечку чая. — Я знаю ангела, то есть я знаю об ангеле, который сказал, что в самом конце Времени уже не будет.

— Ах, ангел! — взорвался дядя. Добрая половина чая выплеснулась ему на галстук, что рассердило его еще больше. — Какое отношение ангел имеет к науке?

Том не решился возразить, что сияющая вера ангела выше любой науки.

Дядя Алан, вытирая галстук, объявил, что сыт, и ушел на работу, хлопнув дверью, — на десять минут раньше обычного.

— Зачем ты так, Том, — укоризненно сказала тетя Гвен.

— Откуда мне знать, что он так не любит ангелов?

— Ангелы хороши на своем месте. Дядя верит в них не хуже всякого другого, просто он не выносит споров за завтраком. По утрам у него нервы просто никуда не годятся, не успеешь оглянуться, как он или проглотит завтрак в один присест, или не доест половину, а это ведет к несварению желудка.

— Мне очень жаль, — только и мог ответить Том. Получается, что и тетя, и дядя — все знают, как лучше, только почему-то по-разному.

Вечером, как только Алан Китсон вернулся с работы, жена увела его в уголок для серьезного разговора. Сначала он пытался вставить слово и даже возражать на резких тонах, но вскоре умолк и только слушал, а в конце концов заявил:

— Возможно, ты права, я так и сделаю.

За ужином он величественно извинился перед Томом. Том совершенно оторопел. Казалось, тема Времени исчерпана, но дядюшка решил взять реванш за утро. После ужина он достал бумагу, карандаш и принялся чертить схемы.

— Представь себе, Том, что это определенный момент времени…

Потом он предложил Тому вообразить художника, рисующего пейзаж, и другого художника, который пришел чуть позже и рисует тот же пейзаж, но уже с картиной первого художника на мольберте. Потом приходит третий художник и рисует тот же пейзаж с картиной первого художника и с картиной второго художника, на которой он изобразил картину первого, а потом приходит четвертый…

— Надеюсь, эта метафора многое прояснит. Или посмотрим с другой стороны. Предположим…

Том старательно изображал внимание, стараясь не расплакаться как маленький — все это так важно для него, а понять решительно ничего невозможно.

И тут дядя Алан упомянул о Рипе ван Винкле.

— Вспомни о Рипе ван Винкле, или нет, это ничего не объясняет, лучше возьмем точку на оси времени и обозначим ее, например, А.

Но было поздно — Том уже углубился в размышления о Рипе ван Винкле. Наконец-то дядя Алан упомянул хоть кого-то знакомого. О Рипе ван Винкле Том знал все. Однажды Рип ван Винкль отправился на охоту в горы, дело было в Америке, и он заснул в зачарованном месте. Ему казалось, что он проспал только одну ночь, а на самом же деле прошло двадцать лет. Он это понял, когда вернулся с гор домой, к своей семье.

«Разве я сам не Рип ван Винкль наоборот? — размышлял Том. — Вместо того чтобы отправиться на двадцать лет вперед, я попал на сто лет назад и даже раньше, во времена Хетти. Но я не только не попадаю в одно и то же Время, само Время не идет обычным порядком. Возьмем ель: то она растет, то упала, то опять растет, вот прошлой ночью она стояла как ни в чем не бывало».

Хетти то была его ровесницей, то помладше, а недавно — хотя Том не хотел в этом признаваться даже самому себе — уже переросла его. За неделю летних каникул в саду прошло, вероятно, лет десять.

— То есть можно сказать, — задумчиво произнес Том, возвращаясь к разговору, который благополучно прослушал, — можно сказать, что у разных людей время течет по-разному, хотя они все являются кусочками одного общего Времени?

— Ну, можно сказать и так. Хотя я бы выразился точнее…

— А я каким-нибудь образом могу попасть в прошлое? — спросил Том напрямик. — Или она (он в первый раз подумал о времени с точки зрения Хетти) сможет шагнуть в мое Настоящее, которое покажется ей Будущим?

— Будет понятнее, Том, если мы вернемся к точке А…

Но Том перебил дядюшку:

— Как бы то ни было, она не будет привидением из Прошлого, а я не буду привидением из Будущего. Ни она, ни я не привидения, и сад тоже. Вот все и улажено.

— О чем ты говоришь? — разозлился дядюшка. — Какие привидения, какой сад? Что улажено? Мы рассуждаем абстрактно, просто размышляем…

— Но если кто-нибудь сумеет попасть из одного Времени в другое, это будет доказательством.

— Доказательством чего? — заорал дядя Алан. Том даже испугался, но дядюшка сумел взять себя в руки. — Немногого же я достиг, если даже не сумел донести до тебя, что в Теории Времени доказательства… нет, подумать только, доказательства!

По-видимому, про Время, как про настоящих преступников, ничего не докажешь.

Но Тома это не смутило, он и так был доволен. Отталкиваясь от слов ангела, он почти постиг природу Времени. Мальчик еще не совсем понимал, как это новое знание можно практически использовать, но в груди у него нарастало теплое, волнующее ощущение близкой — полной — окончательной разгадки.