Одна из сюжетных линий «Семьи Поланецких» — любовь поэта Завидовского к Линете Кастелли — связана в какой-то степени с историей неудачно!! женитьбы Сенкевича. Работая в январе 1895 г. над корректурой отдельного издания, Сенкевич стремился убрать все, что могли бы счесть намеком на историю его отношений с Володковичами — семейством бывшей его жены.

В одном из писем Сенкевич так отзывается о романе: «Главное, что меня теперь утешает, это сознание, что книга есть литературное свершение, общественное свершение».

Вокруг «Семьи Поланецких» развернулась дискуссия. Роман нашел горячих поклонников и яростных противников. Так, публицист и литературный критик Юзеф Токажевич (1841—1919) отмечал: «Велика и повсеместна была радость, когда появились первые главы «Поланецких»,— кик-га оправдала чаяния и надежды...»

В петербургской польской газете «Край» представитель либерально-буржуазных кругов Влодзимеж Снасович (известный юрист, критик и публицист) писал в 1895 г.: «Станислав Поланецкии — это тип новый, не имеющий ничего общего с эпигонами романтизма и байронизма, с такими декадентами, как Плошовский и Букацкий, причем это фигура благородная — истинный мужчина с Широким лицом, здоровыми зубами, энергичным обликом и живыми глазами, вследствие закона природы он куда более походит на своих прадедов, нежели на предшественников. Не постыдились бы признать Поланецкого своим Скшетуский, Володыёвский и другие рыцари, прославившееся в боях с казаками и шведами». А известный критик Вильгельм Фельдман с удивлением спрашивал: «Есть ли в романе хоть какой-нибудь след того, что Станислав Поланецкии читал «Огнем и мечом»?»

Петр Хмелевский — критик прогрессивной ориентации в статье «Ирония жизни в последнем романе Г. Сенкевича» (1.895) написал: «Сенкевич: рисует Поланецкого как дельца, но совершенно не показывает его как гражданина... Мы не видим, чтобы он хоть что-нибудь сделал для пользы общества... он получился заурядным накопителем, не чувствительным к волнениям общества».

«Коль скоро автор выдвигает своего героя на роль образца для подражания,— заявляет Игнаций Матушевский, видный критик эпохи «Молодой Польши»,— общественная критика вступает в свои права и протестует. Она протестует, ибо программа, которую представляет герой, слишком узка и ограниченна. Увеличить свое состояние путем удачных спекуляций, жениться, изменить жене, искренне об этом пожалеть, снова стать внимательным и любящим мужем, сделать приятное любимой женщине — спасти ее земельную собственность и осесть на ней, чтобы работать на земле,— этим можно заполнить жизнь заурядного человека, однако в жизни общества значит не так мною».

Станислав Бжозовский в работе 1906 г. назвал «Семью Поланецких» «романом польской буржуазии и польского филистерства». В монографии современного польского критика А. Ставара о Сенкевиче (1960) утверждается: «в «Семье Поланецких» верно схвачено определенное общественное явление, о чем свидетельствует и распространение термина «поланецщина», который не менее популярен, чем, скажем, в свое время «обломовщина» в России по роману Гончарова или «дульщина» в Польше по пьесе «Пани Дульская» Г. Запольской. В литературе такое создание устойчивого типа встречается не так уж часто».

Как бы подытоживая и объясняя столь противоречивые мнения о романе, другой современный польский критик К. Выка в книге «Статьи и портреты» (1982 г.) пишет: «У нас нет другого автора, который бы столь стремительно и безоговорочно покорил самую широкую аудиторию и значение которого при этом оспаривалось бы столь остро и яростно».

Роман «Семья Поланецких» пользовался большой известностью в России. Он публиковался почти одновременно с оригиналом в журналах «Русская мысль» (1893—1894 гг.) в переводе В. Лаврова и «Северный вестник» (1893—1895 гг.) в переводе М. Кривошеева. В 1894—1895 гг. появляются сразу четыре книжных издания в трех разных переводах в Москве, Петербурге и Киеве. До 1917 г. роман издавался в России одиннадцать раз.

Е. Цыбенко

... Влука — около 17 га .

... «...очутился на середине Съезда». — Съезд — спускающаяся к Висле улица в Варшаве.

... «Мы на Повонзках были» — Повонзки — кладбище в Варшаве.

... «Лилла Венеда» — драма польского поэта-романтика Ю. Словацкого (1809—1849). Перевод В. Луговского.

... «Пан Зигмунт знатного рода был» — Имеются в виду великие польские поэты-романтики: Зигмунт Красинский (1812—1859), Адам Мицкевич (1798—1855) и Юлиуш Словацкий (1809—1849).

 СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ РОМАНЫ СЕНКЕВИЧА

Дилогия Сенкевича — романы «Без догмата» и «Семья Поланецкнх» относятся к лучшим произведениям польского реализма XIX века. Роман «Без догмата» упрочил громкую славу, принесенную Сенкевичу его историческими полотнами. И сейчас он не утратил своей свежести и художественной ценности.