Читаем том 6 полностью

Однажды на заседании Совнаркома Владимир Ильич резко критиковал доклад одного беспартийного военспеца, которому ввиду важности вопроса было предоставлено 20 минут. Сделав ряд конкретных замечаний, Владимир Ильич неожиданно сказал ему: "Приходите ко мне завтра в час дня, я научу вас, как надо делать доклады". На другой день этот работник пришел в назначенное время. Владимир Ильич беседовал с ним целый час и после его ухода вышел в секретариат довольный, улыбающийся и, прохаживаясь по комнате, сказал: "Вот умеют же сделать доклад, когда захотят". Оказалось, что этот военный работник не спал всю ночь и, руководствуясь указаниями Ленина, сделанными на заседании Совнаркома, переработал свой доклад. Очень строг бывал Владимир Ильич, когда замечал какой-нибудь недостаток в работе, но каждый хотя бы маленький, реальный успех радовал его, и никогда он не забывал его отметить.

Владимир Ильич никогда не перебивал выступающих, за исключением тех случаев, когда нарушался регламент…

Большое место в работе Владимира Ильича занимал прием посетителей, особенно приезжающих с мест партийных и советских работников, а также рабочих и крестьян.

У В. И. Ленина не было определенных дней для приема посетителей, он принимал почти ежедневно по 2–3 человека, но иногда число посетителей доходило до 8 или 10, особенно если это были делегации.

Владимир Ильич принимал каждого ровно в назначенное время. Всегда очень аккуратный и точный, Владимир Ильич никогда не заставлял посетителей ждать в приемной и бывал очень недоволен, если посетитель опаздывал.

Обычно Владимир Ильич знал заранее тему беседы и укладывался в намеченный им отрезок времени. В тех же редких случаях, когда он не успевал закончить беседу ко времени, назначенному другому товарищу, Владимир Ильич поручал секретарю извиниться перед ожидающим за небольшую задержку.

В этом как будто мелком факте проявлялась большая культура работы Ленина, его уважение к человеку.

Уважение к человеку отличало Владимира Ильича. Он мог сурово разбранить и наказать неисправного работника, но никогда никого не унижал и не оскорблял. Сам обладая в высшей степени чувством собственного достоинства, он умел ценить и оберегать его в каждом человеке. Особенно считал он гнусным, недостойным каждого советского человека, тем более коммуниста, быть грубым, невежливым с тем, кто стоит ниже по положению и потому не смеет ответить.

Каждый приходивший к Владимиру Ильичу испытывал большое волнение, но, переступив порог кабинета Ленина, сразу чувствовал себя легко и свободно. Подготовленная речь оказывалась ненужной перед мудрой простотой Ленина.

При входе посетителя или делегации в кабинет Владимир Ильич обыкновенно вставал, подходил к двери, приветливо улыбаясь, здоровался с каждым за руку и приглашал садиться в кресла около своего письменного стола. Ленин внимательно слушал, задавал вопросы, делал замечания, всегда мастерски направлял беседу на основное и главное в данном деле… Владимир Ильич интересовался тем, что делается на местах, как живут рабочие или крестьяне, чем интересуются, чем довольны или недовольны, сопоставлял мысленно полученные сведения с теми, которые имел раньше, проверял, анализировал их, обобщал и делал выводы.

Была у Владимира Ильича нерушимая вера в человека. Он умел даже в самом скромном работнике открыть силы и способности, которых тот подчас и сам не подозревал. Владимир Ильич понимал душевное состояние каждого товарища, впервые взявшегося за непривычную для него и незнакомую работу по управлению государством или руководству какой-либо отраслью народного хозяйства. Случалось, что к нему приходили товарищи, которые теряли веру в себя, в свои силы, пасуя перед непомерной тяжестью работы, раздраженные и усталые, но довольно бывало нескольких слов Владимира Ильича, его внимательного взгляда в глаза, крепкого рукопожатия, чтобы настроение их резко изменилось. При этом Владимир Ильич не делал скидку на трудности, наоборот, он ставил еще более трудные задачи, рисовал широкие перспективы, помогал найти пути для преодоления трудностей. Всей своей беседой он выражал веру в силу и способности данного работника. Невольно каждый думал: "Вот как Ленин со мной разговаривает, значит, я чего-то стою!" Эта способность Ленина пробуждать у каждого веру в свои силы была поразительной. Мы, работники Владимира Ильича, неоднократно с волнением наблюдали, как приходил к нему товарищ унылый, подавленный, с опущенными глазами, а уходил — точно у него крылья выросли за плечами — сияющий и бодрый…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Против всех
Против всех

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова — первая часть трилогии «Хроника Великого десятилетия», написанная в лучших традициях бестселлера «Кузькина мать», грандиозная историческая реконструкция событий конца 1940-х — первой половины 1950-х годов, когда тяжелый послевоенный кризис заставил руководство Советского Союза искать новые пути развития страны. Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает о борьбе за власть в руководстве СССР в первое послевоенное десятилетие, о решениях, которые принимали лидеры Советского Союза, и о последствиях этих решений.Это книга о том, как постоянные провалы Сталина во внутренней и внешней политике в послевоенные годы привели страну к тяжелейшему кризису, о борьбе кланов внутри советского руководства и об их тайных планах, о политических интригах и о том, как на самом деле была устроена система управления страной и ее сателлитами. События того времени стали поворотным пунктом в развитии Советского Союза и предопределили последующий развал СССР и триумф капиталистических экономик и свободного рынка.«Против всех» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о причинах ключевых событий середины XX века.Книга содержит более 130 фотографий, в том числе редкие архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов , Анатолий Владимирович Афанасьев , Виктор Михайлович Мишин , Ксения Анатольевна Собчак , Виктор Сергеевич Мишин , Антон Вячеславович Красовский

Криминальный детектив / Публицистика / Фантастика / Попаданцы / Документальное
Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза