Читаем том 6 полностью

"Все пакеты, оставляемые в будке у Троицких ворот на мое имя, должны передаваться в Секретариат СНК абсолютно немедленно, без малейшей задержки; в противном случае я буду строго взыскивать. Пакет на мое имя, посланный т. Богдановым с курьером в 4 часа, до сих пор мне не передан, и только по заявлению т. Богданова в 7 часов обнаружилось, что он лежит в будке…

P. S. Прошу сообщить мне копию Вашего приказа по этому делу и точное указание мер, кои Вами приняты. Если я еще когда-либо через 5 минут не получу из проходной будки, я должен буду подвергнуть Вас взысканию"[88].

Внимание к мелочам Владимир Ильич считал необходимым условием в практической деятельности, он был убежден, что "внимание к мелочам сделает советский аппарат подлинно демократическим, не формально демократическим, а пролетарски демократическим".

Владимир Ильич получал множество писем от трудящихся. Откровенно, искренне, как отцу, писали они Ленину о своих нуждах, жаловались на незаконные действия местных властей, обращались с просьбами о помощи. Владимир Ильич немедленно реагировал на просьбы и жалобы, посылал запросы на места, требовал расследования, привлечения к ответственности виновных и сообщения ему результатов.

Однажды в Москву приехал коммунист красноармеец Семянников, который на Дону был свидетелем беззаконий, творимых местными продработниками. Он написал письмо Владимиру Ильичу, в котором рассказывал об этом и добавлял, что будет три дня ждать решения Ленина, если же он не получит никакого ответа, то уйдет из жизни. Владимира Ильича очень взволновало это письмо. Он в это время был болен и не мог принять Семянникова, но дал мне письменное распоряжение: спешно разыскать Семянникова, принять и успокоить его. "…Скажите, что я болен, — писал Ленин, — но дело его двину. 2) Письмо его дайте переписать на машинке в нескольких экземплярах: 1 Молотову, 1 Сольцу, ЦКК. 3) При посылке письма Молотову добавьте от меня: предлагаю послать Контрольную комиссию на Дон из члена ВЦИК+ (или 20) свердловцев[89] (автора взять с собой) и расстрелять на месте тех, кого изобличат в грабежах"[90]

Зная о серьезных недостатках в работе госаппарата в центре и особенно на местах, Владимир Ильич обязывал работников секретариата прочитывать все письма с просьбами и жалобами. В специальном распоряжении Управлению делами Совнаркома 18 января 1919 года Владимир Ильич предписывает докладывать ему обо всех жалобах, поступающих в письменном виде, в течение 24 часов, а об устных жалобах — в течение 48 часов. Он требовал также тщательного контроля за исполнением его резолюций по этим жалобам.

Позже по указанию Владимира Ильича была создана приемная Совнаркома. Она помещалась вне Кремля, и все письма, поступающие в адрес Совнаркома или Председателя СНК, направлялись по его распоряжению в эту приемную. Секретарь приемной Совнаркома обязан был давать ход этим письмам и раз в две недели докладывать Владимиру Ильичу общий итог.

20 января 1921 года в беседе с управделами Совнаркома Н. П. Горбуновым Владимир Ильич дает ему указания: начать работу наружной приемной в скромных размерах, установить там теснейшую связь с наркоматами и пользоваться в работе их аппаратами; в первую очередь изучить и научиться пользоваться аппаратами Наркомвнудела и РКИ; использовать газету "Известия ВЦИК" для почтового ящика, в котором отвечать на корреспонденции, жалобы и запросы; помещать в газетах статьи, заметки по вопросам, чаще всего затрагиваемым при обращении во ВЦИК и в Совнарком рабочими и крестьянами; предварительно советоваться с Владимиром Ильи чем; о всех письмах сообщать их авторам, что дело направлено туда-то; в работе избегать параллелизма и бороться с ним в других учреждениях[91].

Владимир Ильич внимательно следил за работой приемной Совнаркома. Стремясь добиться наибольшей эффективности в ее работе, он обращает внимание на полезность применения "живой связи". 3 декабря 1921 года Владимир Ильич пишет письмо по этому вопросу нескольким работникам, которым по занимаемой ими должности чаще всего приходится иметь дело с заявлениями и жалобами трудящихся: Ф. Э. Дзержинскому, В. А. Карпинскому и другим…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Против всех
Против всех

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова — первая часть трилогии «Хроника Великого десятилетия», написанная в лучших традициях бестселлера «Кузькина мать», грандиозная историческая реконструкция событий конца 1940-х — первой половины 1950-х годов, когда тяжелый послевоенный кризис заставил руководство Советского Союза искать новые пути развития страны. Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает о борьбе за власть в руководстве СССР в первое послевоенное десятилетие, о решениях, которые принимали лидеры Советского Союза, и о последствиях этих решений.Это книга о том, как постоянные провалы Сталина во внутренней и внешней политике в послевоенные годы привели страну к тяжелейшему кризису, о борьбе кланов внутри советского руководства и об их тайных планах, о политических интригах и о том, как на самом деле была устроена система управления страной и ее сателлитами. События того времени стали поворотным пунктом в развитии Советского Союза и предопределили последующий развал СССР и триумф капиталистических экономик и свободного рынка.«Против всех» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о причинах ключевых событий середины XX века.Книга содержит более 130 фотографий, в том числе редкие архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов , Анатолий Владимирович Афанасьев , Виктор Михайлович Мишин , Ксения Анатольевна Собчак , Виктор Сергеевич Мишин , Антон Вячеславович Красовский

Криминальный детектив / Публицистика / Фантастика / Попаданцы / Документальное
Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза