Читаем Том 6 полностью

Твен планировал еще более широкое введение в повесть описательно-бытовых мотивов, связанных со странствиями Гека, что видно из опубликованных в 1940 году его черновых записей к «Приключениям Гекльберри Финна». В одной из таких заметок сказано: «Он (Гек. — А. С.) услышит беседу арканзасских женщин, покуривающих свои трубки за вязанием, сплевывающих сквозь зубы, их нескончаемые излияния о сестрице такой-то и братце таком-то, о том, что случилось с таким-то и таким-то, о том, как звали первую жену такого-то. Очень религиозны. Ездят в церковь за 10-15 миль и привязывают лошадей к стволу дерева. В разговоре упоминают европейских монархов и путают их, по невежеству, с царями из библии».

На ХХХІ главе повести Твен прерывает свою социальную панораму и завершает книгу главами, посвященными придуманной Томом Сойером игре — «побегу» из неволи уже свободного, хоть и не знающего еще о своем освобождении, Джима. Эти заключительные главы, при всех своих бытоописательных и юмористических достоинствах, возвращают читателя к традиции «Приключений Тома Сойера» и являются в этом смысле художественным отступлением автора от нового содержания, вложенного им в «Приключения Гекльберри Финна».

«Приключения Гекльберри Финна» — вершина творчества Твена. Положительные герои книги — Гек и негр Джим — по глубине и верности художественной характеристики принадлежат к лучшим его созданиям. Сатира и юмор насыщены социальным и психологическим содержанием. В изображении национальной жизни и природы, в народности художественного языка книга Твена была выдающимся достижением американской литературы и во многом предопределила реалистические тенденции ее дальнейшего развития. Известны слова Эрнста Хемингуэя: «Вся новейшая американская литература вышла из одной книги Марка Твена, которая называется «Гекльберри Финн».

Немедленно по выходе из печати «Приключения Гекльберри Финна» подверглись преследованиям в США со стороны консервативно-ханжеской буржуазной общественности. И в настоящее время, когда повесть Твена признана классическим произведением американской литературы, нападки на нее в США не прекращаются.

Вышедшая в 1889 году историко-фантастическая повесть Твена «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» также является знаменательным шагом в его творчестве и идейно-политическом развитии. Рождение замысла повести относится к осени 1884 года, когда Твен сделал следующую запись в своем дневнике: «Когда мы с Кейблом (Джордж Кейбл, известный американский писатель и друг Твена. — А. С.) разъезжали с публичными чтениями, он где-то достал «Смерть Артура» и дал мне почитать. Я принялся мысленно строить план книги». Читая «Смерть Артура», собрание средневековых легенд о короле Артуре и рыцарях Круглого Стола в изложении английского писателя XV века Томаса Мэлори, Твен решил, отталкиваясь от сюжета артуровских легенд и пародируя их, атаковать европейскую феодальную традицию и ее пережитки: наследственную монархию, сословное деление общества, государственную церковь. Попутно Твен решил нанести удар по идеализации и стилизации средневековых романов (в частности артуровского рыцарского цикла) в творчестве Теннисона, прерафаэлитов и других неоромантиков 1880-х годов. Характер сатирического замысла Твена во многом определяется фантастическим элементом повести. Твен переносит американского рабочего-механика, своего современника, в Англию VІ века, ко двору короля Артура и «сталкивает лбами» феодализм и новейшую буржуазную демократию американского образца. Сперва Янки принимает решение реформировать королевство Артура в духе государственных институтов буржуазной демократии и новейшего научного знания. Когда ему это не удается, он пытается произвести революционный антифеодальный и антимонархический переворот, но терпит неудачу.

Критика феодальной традиции занимает в художественных произведениях и в публицистике Твена видное место и может считаться одной из важнейших тем его творчества. Однако, если в своих ранних произведениях Твен использует эту критику для прославления американской буржуазной демократии и для противопоставления ее Европе, то в «Янки из Коннектикута» это противопоставление не имеет уже того наивного и прямолинейного характера, как, например, в «Простаках за границей».