Читаем Том 4. Лунные муравьи полностью

Марфа. Истинно неприятность. Теперь взять и любовника-то, Семена Спиридоныча. Разве это любовник? Ты любовник, – и держи себя по любви, скромно, благородно. Нет! Почнет это на нее халдакать, здесь ему неладно, так ему не по нем, да симпатия у него переменилась, да пьяный приедет, с приятелями, – и требует неизвестно чего, – чего даже невозможно. Она, конечно, в истерику, люблю, говорит, тебя на веки вечные, а он опять же свое. Так и ведут хоровод с канителью, пока барышня не вступится.

Матильда. Ай, страм какой! А барышня-то чего между ими?

Марфа. Барышни одной Семен Спиридоныч и боится. Как вступится, за мать-то есть, он сейчас марше, два шага отступя. Бывало еще и маленькая, зиркнет на него – «не смеете вы» – ну он перво как карась зашипит, – а потом тише, да за шляпу. Только и угомону.

Матильда. Скандалы, значит. Очень просто. (Помолчав.) А что, Марфа Петровна, слыхала я, правда ли, нет ли – намеревается барин наш к себе дочку взять?

Марфа. Кого это?

Матильда. Дочку, барышню вашу, к нам на житье. Ребенок, говорит, при скандалах, я, говорит, как отец, – не могу. Михаилу Арсеньевичу нашему раза два высказывал; наедине, понятно.

Марфа(взволнованно). Да ты как это слышала? Да никогда этого и быть не могло!

Матильда. Отчего это не могло? Высказывал довольно ясно, возьму и возьму.

Марфа. Ах да милые же вы мои! Схватился когда, возьму! И никогда этого в жизни не будет! Мыслимая ли вещь? Без барышни-то? Без нее нашей барыне и голову некуда преклонить. С первого апцугу, значит, Спиридоныч ее заклюнет. Да барышня сама согласия не даст.

Матильда. Ну уж не знаю. Не даст, а между тем «папочка, да папочка», да «жить без тебя мне худо», и «почему тебя со мной нет» – и все такое. Тоже, понятно, мечтает.

Марфа. Много ты понимаешь, мечтает! Она об нем, это слов нет, трясется, письмо ли там, или что. Ребенок, толку нет разобрать, кто кого обидел. Может, думает – мать прогнала. Ну, однако, это-то понятие есть, об матери-то она во как! Всего навидалась! Коли рассказать тебе – Царица Небесная! Ведь барыня с чего больна? Травилась, вот как перед Истинным. Еле отходили. За его же художества, за Спири-донычевы. А барышня ничего не побоялась, прямо к нему в дом, на фабрику, за ним. Сама привезла, ей-Богу. Уже от ней не отвертится. Куда это без барышни, без Софьи Ипполитовны? Да я сама дня без нее не останусь, из человеколюбия из-за одного.

Матильда. Напрасно вы в пустяках нервируетесь, расстраиваете себя, Марфа Петровна. Вы так судите, что она не мечтает. А вот вам, собственными ушами слышала, забыла совсем: помни, говорит, папочка, обещал ты устроить, чтоб не расставаться. Мне что, мое дело сторона, хоть бери – хоть не бери он детей, я завтра живу – послезавтра ушла. Я говорю исключительно: меня ваше непонятие раздражает.

Марфа. Сама ты в непонятиях, то тебя и раздражает. А я скажу: может, и говорила Софья Ипполитовна о чем, только не о том. Я ее мечтанья-то знаю.

Матильда(с интересом). Женишок, что ли, уж завелся?

Марфа. Это бы дай Боже, да где у нас? А вот мечтает она действительно, чтобы мамаша опять по-супружески к законному мужу переехала, она бы, дочь, при них, а Спиридоныча, значит, гуляй душа.

Матильда(смеется). Ну уж вот этого-то никогдашеньки не будет! Это уж я на рекорд пойду!

Марфа. На какой такой рекорд?

Матильда. На пари, то есть. Куда ж он свою кралю денет, при жене?

Марфа. Про что это вы, Матрена Ивановна, не пойму?

Матильда. Вам, по провинциальному положению, может, и не понятно. А здесь дело обыкновенное. Анна-то Дмитриевна в каких при нем? В содержанках, очень просто, будь она хоть разбарыня. Уж мне-то она вот где сидит: поступала к двум холостым, а с течением времени выходит на обратно, сует тебе нос, надоела даже: ах, почему чашка не вытерта, ах, где три маленьких ложечки, ах, почему в коридоре пятно… ах да ах, терпения нету!

Марфа. Это как так? Милые мои! Да ужли в квартире у него содержанка?

Матильда. Собственно не в квартире, а как бы вроде. Через площадку ейная квартира, ход, значит. Там сын у ней, гимназист. Да ей что квартира, завсе у нас околачивается, а нет – барин к ней, либо вместе куда в театр, ужинать, едут.

Марфа(взволнованная, но и заинтересованная). Ишь ты, батюшки! До какой низости дошел! А нам здесь и ни к чему. Обвел, значит. Постой, а барышня-то наша у вас как же? Ведь ежели такое дело – ведь на виду же?

Матильда. Она что: пришла и ушла, пока сидит – папочка да папочка… А вчерась пришла, – он со своей обедать в ресторан уехачи, она к Михаилу Арсеньевичу, у него это племянники его, барышни всякие, музыку, танцы затеяли… где ж ей что заметить? И сынок Анны Дмитриевны тут же, танцует он тоже модно.

Марфа. Как хотите, Матрена Ивановна, а только злодей он хитрый и злодей, безо всякого человеколюбия. Удивили вы меня, прямо как пришибли. Головы не соберу.