«That is the state of the case as regards the wealth of this country. I must say for one, I should look almost with apprehension and with pain upon this intoxicating augmentation of wealth and power, if it were my belief that it was confined to classes who are in easy circumstances. This takes no cognizance at all of the condition of the labouring population. The augmentation I have described, and which is founded, I think, upon accurate returns, is an augmentation entirely confined to classes of property».

В переводе на немецкий:

«Таково состояние нашей страны с точки зрения богатства. Я должен признаться, — что я почти с тревогой и болью взирал бы на это ошеломляющее увеличение богатства и мощи, если бы был уверен, что оно ограничивается только состоятельными классами [Слова «easy classes», «classes in easy circumstances» были впервые введены Уайкфилдом для обозначения собственно богатой части имущего класса[172].]. Здесь совершенно не принято во внимание положение рабочего населения. Увеличение, которое я описал» (которое он только что охарактеризовал как «это ошеломляющее увеличение богатства и мощи»), «всецело ограничивается имущими классами».

Итак, согласно отчету его собственного органа «Times» от 17 апреля 1863 г., г-н Гладстон «формально и по существу» заявил 16 апреля 1863 г. в палате общин, что «это ошеломляющее увеличение богатства и мощи всецело ограничивается имущими классами» и что до известной степени ему становится жутко уже при одной мысли, что этим увеличением богатства воспользовалась только часть этих классов, та часть, которая пользуется действительным благосостоянием.

«Italiam, Italiam!» [ «Италия! Италия!» (Вергилий. «Энеида», книга третья). Ред.] Наконец, мы добрались и до «Хансарда». Г-н Гладстон был столь благоразумным, что выбросил из этой состряпанной задним числом редакции своей речи местечко, несомненно компрометирующее его как английского канцлера казначейства; это, впрочем, обычная в Англии парламентская традиция, а вовсе не изобретение крошки Ласкера, направленное contra Бебель[173]. Точное сличение действительно произнесенной Гладстоном речи, как она фигурирует в «Times», с ее текстом, искаженным задним числом самим Гладстоном, дало бы немало забавного материала для характеристики этого елейно-велеречивого, педантичного, строго-религиозного буржуазного героя, робко выставляющего напоказ свое благочестие и свои либеральные «attitudes of mind» [настроения. Ред.].

Моя книга «Капитал» вызывает особое раздражение тем, что в ней приведены для характеристики капиталистической системы многочисленные официальные данные, в которых ни один ученый до сих пор не мог найти ошибки. Об этом обстоятельстве прослышали даже господа из немецкого союза фабрикантов. Но они думали:

[Шиллер. «Слова веры». Ред.]

Сказано — сделано. За справкой о кажущейся им подозрительной цитате в Учредительном Манифесте они обращаются к коллеге в Лондоне, к первому встречному Мунделла, который, будучи сам фабрикантом, поспешно шлет через Ла-Манш черным по белому написанное извлечение из «Парламентских дебатов Хансарда». Теперь они узнали мой секрет производства. Я не только изготовляю текст, но фабрикую также и цитаты к нему. И, опьяненные победой, они прокричали на весь мир: «Как цитирует Карл Маркс!» Таким образом, мой товар раз навсегда лишают кредита, и притом так, как это подобает фабрикантам, обычным деловым путем, без всяких издержек на научное исследование вопроса.

Досадный эпилог покажет, может быть, членам союза фабрикантов, что, как бы хорошо они ни разбирались в фальсификации товаров, они так же мало способны судить о товаре литературном, как осел — играть на лютне. Лондон, 23 мая 1872 г.

Карл Маркс

№ 5. ВОЗРАЖЕНИЕ АНОНИМНОГО АВТОРА

«Concordia» № 27, 4 июля 1872 г. Как защищается Карл Маркс

I