С какой целью эти существенные места были почти целиком вычеркнуты, вследствие чего газетный отчет был низведен до той удивительной формы, в которой он помещен в книге д-ра Маркса? По моему мнению, очевидно с той целью, чтобы произвольно сконструированная мозаика, составленная из оставшихся еще слов г-на Гдадстона, могла быть понята таким образом, будто тот утверждает, что заработки рабочего населения возросли лишь незначительно, между тем как доходы имущих классов увеличились колоссально — взгляд, который определенно опровергается выпущенными местами в пользу совершенно другого утверждения.

Я не могу также оставить без внимания тот факт, что за немецким переводом этой изуродованной цитаты в тексте «Капитала» непосредственно следует выражение презрительного удивления Маркса по поводу «жалких уверток», заключающихся в словах, фигурирующих здесь в конце фразы Гладстона, в сравнении с его прежним описанием роста богатства имущих классов.

Остаюсь, милостивые государи, искренне Ваш

Седли Тейлор.

Колледж Тринити, Кембридж, 8 февраля 1884 г.

№ 11. ВТОРОЙ ОТВЕТ ЭЛЕОНОРЫ МАРКС[181]

«To-Day», март 1884 г.

В редакцию «To-Day»

Милостивые государи! Г-н Седли Тейлор оспаривает мое утверждение, что в то время, когда анонимный клеветник обрушился на д-ра Маркса, единственный пункт спора состоял в том, употребил ли г-н Гладстон некие слова или нет. По его мнению, вопрос на самом деле заключался в том,

«была ли упомянутая цитата приведена с намерением передать смысл слов г-на Гладстона или исказить его».

Передо мной статья из «Concordia» (№ 10, 7 марта 1872 г.): «Как цитирует Карл Маркс». В ней анонимный автор сперва цитирует Учредительный Манифест Интернационала, затем место из речи г-на Гладстона, полный текст ее по «Хансарду»; затем он резюмирует это место по-своему и к своему собственному удовлетворению; наконец, он в заключение говорит:

«Пользуясь тем фактом, что Гладстон ссылается на это попросту для правильной оценки своего масштаба, Маркс приписывает ему следующие слова: «Это ошеломляющее увеличение богатства и мощи всецело ограничивается имущими классами». Но этой фразы нет нигде в речи Гладстона. В ней сказано прямо противоположное. Маркс формально и по существу присочинил эту фразу».

В этом состоит обвинение, и единственное обвинение, выставленное против Маркса. В сущности его обвиняют в том, что он исказил смысл слов г-на Гладстона, «присочинив» целую фразу. В обвинении нет ни слова о «вводящих в заблуждение» или «ловко выхваченных» цитатах. Вопрос просто состоит в том, «имелась ли некая фраза в речи г-на Гладстона или нет».

Одно из двух. Или г-н Тейлор читал нападки г-на Брентано и ответы моего отца, и в таком случае его утверждение прямо противоречит истине, которой он не может не знать. Или же он не читал их. А что же в таком случае? В таком случае этот человек, посылающий свои письма с пометкой: колледж Тринити, Кембридж, без всякого повода берет на себя своеобразный труд оспаривать литературную добропорядочность моего покойного отца таким способом, который неизбежно сводится к «клевете», раз он не может доказать своих обвинений; он выдвигает свое обвинение на основании литературного спора 1872 г. между анонимным писателем (который, согласно Тейлору, был профессором Брентано) и моим отцом; он в пламенных выражениях описывает «мастерские удары» Георгия Победоносца — Брентано и «предсмертные судороги», до которых он быстро довел дракона Маркса; со всеми подробностями он может сообщить нам об уничтожающих успехах, которых достиг упомянутый Георгий Победоносец «путем подробного сличения текстов», — и всем этим ставит меня в такое деликатное положение, что мне из человеколюбия приходится заранее предположить, что он никогда не читал ни строчки из того, о чем он говорит.

Если бы г-н Тейлор читал «мастерские» статьи своего анонимного друга, он нашел бы в них следующее место:

«Теперь мы спрашиваем: лжет ли человек лишь в том случае, когда он сам сочиняет неправду, или же он лжет и тогда, когда повторяет ее, в то время как он знает или должен был бы знать правду».

Так говорит «мастерский» и столь же строго добродетельный, сколь и анонимный

Брентано в своем возражении на первый ответ моего отца («Concordia» № 27, 4 июля 1872 г., стр.

210). И на этой же странице он все же перед лицом всего мира утверждает, что

«и по отчету «Times» Гладстон сказал, что, по его мнению, это ошеломляющее увеличение богатства и мощи не ограничивается состоятельными классами».