Читаем Том 2. Поэзоантракт полностью

Том 2. Поэзоантракт

Игорь Северянин , Игорь Васильевич Северянин

Наш век — чудо-ребенка эраИ всяких чуд. Был вундеркиндИ дирижер Вилли Ферреро,Кудрявый, точно гиацинт.Девятилетний капельмейстерИмел поклонниц, как большой,И тайно грезил о невестеСвоею взрослою душой.Однажды восьмилетке ТасеМать разрешила ехать с ней —На симфоническом ПарнасеСмотреть на чудо из детей.В очарованьи от оркестра,Ведомого его рукой,В антракте мальчику-маэстроМалютка принесла левкой.Хотя чело его увилиЦветы, — их нес к нему весь зал, —Все ж в знак признательности ВиллиВ лоб девочку поцеловал.О, в этом поцелуе — жало,А в жале — яд, а в яде — тлен…Блаженно Тася задрожала,Познало сердце нежный плен.Уехал Вилли. Стало жутко.Прошло три года. ВдалекеЕе он помнил ли? МалюткаСкончалась в муке и тоске.

1918 — V

Лососья идиллия

Там, где растет на берегу осина И вкривь, и вкось,Вплыла из моря в речку лососина, За ней — лосось.И стала выкрапчатая лососька Метать икру.На душегубке слышен шепот: «Фроська, Оставь игру.Не шевелись. Ах, лучше б ты осталась На берегу.Зря к делу на ночное затесалась… Дай острогу».И дедушка, дрожащею, но верной Сухой рукойВзмахнул, слегка прицелился примерно И — острогой!От восхищенья закричала Фроська: «Поди, небось,Ты пала, икрометная лососька!» Но пал лосось.

Кондитерская дочь

Германский лейтенант с кондитерскою дочкойПриходит на лужок устраивать пикник.И саркастически пчела янтарной точкойНад ним взвивается, как злой его двойник.Они любуются постельною лужайкой,Тем, что под травкою, и около, и под.И — френч ли юнкерский затейливою байкойИль страсть заводская — его вгоняет в пот.Так в полдень млеющий на млеющей полянеМлеть собирается кондитерская дочь…Как сочь июльская, полна она желаний:В ее глазах, губах, во всей — сплошная сочь…Вот страсть насыщена, и аккуратно вытерОтроманировавший немец пыль и влажь…А у кондитерской встречает их кондитерС открытой гордостью — как связи их бандаж.

1918 — XI

В роли рикши

Пятнадцать верст на саночках норвежскихЯ вез тебя равниной снеговой,На небе видя зубров беловежских,Из облаков содеянных мечтой.Пятнадцать верст от Тойлы и до Сомпе,В дороге раза два передохнув,Я вез тебя, и вспоминал о помпе,С какой поил вином меня Гурзуф…Пятнадцать верст, уподобляясь рикше,Через поля и лес тебя я вез…Но, к лошадиной роли не привыкши,Прошу мне дать обед, а не овес…

Квинтина V

Перейти на страницу: