Читаем Том 2. Поэзоантракт полностью

Том 2. Поэзоантракт

Игорь Северянин , Игорь Васильевич Северянин

О вы, белосиреневые сны,Объятые вервэновой печалью!О, абрис абрикосовой весны!О, личико, окутанное шальюЛимонною, ажурною, кисейною!О, женщина с душой вервэновейною,Приснившаяся в оттепель февралью!..Приснившееся в оттепель февралью —В моем коттэдже у кривой сосны —Лицо под фиолетовой вуалью,Лицо, глаза которого грустныИ, как вуаль, немного фиолетовы,Я знал тебя, и, может быть, от этогоМне многие туманности ясны…Мне многие туманности ясны,Они влекут недостижимой далью…Ах, все наливки для меня вкусны,Но предпочту кизилью и миндалью;От них мои мечты ажурно кружатся,То ярко грозоносятся, то вьюжатся,Как ты, рояль с надавленной педалью…О ты, рояль с надавленной педальюИ с запахом вервэновой волны,Ты озарял квартиру генеральюСозвучьями, текущими с луны…Улыбки уст твоих клавиатурные…Ее лица черты колоратурныеНа фоне бирюзовой тишины…На фоне бирюзовой тишиныЯ помню краску губ ее коралью,Ее волос взволнованные льныИ всю ее фигуру феодалью…Мы не были как будто влюблены,А может быть — немного: ведь под альюЕе слова чуть видны, чуть слышны…Ее слова чуть видны, чуть слышны,Заглушены поющею рояльюИ шумом голосов заглушены,Они влекут мечтанно к изначалью —И я переношу свои страданияВ великолепный хаос мироздания,Создавший и холеру, и… Италию!Создавший и холеру, и Италию,Тебе мои моленья не нужны…Мне хочется обнять ее за талию:Ее глаза зовущие нежны;В них ласковость улыбчиво прищурена,Им фимиамов множество воскурено… —О вы, белосиреневые сны!..О вы, белосиреневые сны,Приснившиеся в оттепель февралью!Мне многие туманности ясны,И — ты, рояль с надавленной педалью…На фоне бирюзовой тишиныЕе слова чуть видны, чуть слышныСоздавшему холеру и Италию…

Berceuse сирени

Когда сиреневое море, свой горизонт офиолетив,Задремлет, в зеркале вечернем луну лимонно отразив,Я задаю вопрос природе, но, ничего мне не ответив,В оцепененьи сна блистает, и этот сон ее красив.Ночь, белой лилией провеяв, взлетает, точно белый лебедь,И исчезает белой феей, так по-весеннему бела,Что жаждут жалкую планету своею музыкой онебить,Бряцая золотом восхода, румяные колокола.Все эти краски ароматов, всю филигранность настроенийЯ ощущаю белой ночью у моря, спящего в стекле,Когда, не утопая, тонет лимон луны в его сирениИ, от себя изнемогая, сирень всех нежит на земле.

1918 — VI

Последние зеленые листки…

Перейти на страницу: