В плане блока видна рука Ленина, — он мужик умный и знает, где раки зимуют. Но это еще не значит, что всякий блок хорош. Троцковский блок (он бы сказал — “синтез”) — это тухлая беспринципность, маниловская амальгама разнородных принципов, беспомощная тоска беспринципного человека по “хорошему” принципу. Логика вещей строго принципиальна по своей природе и она не потерпит амальгам. Блок Ленин—Плеханов потому и является жизненным, что он глубоко принципиален, основан на единстве взглядов по вопросу о путях возрождения партии. Но именно потому, что это блок, а не слияние, — именно потому большевикам нужна своя фракция. Очень может быть, что в ходе работы большевики окончательно приручат плехановцев, но это лишь может быть. Спать и надеяться на такой исход, хотя бы и очень вероятный, нам, во всяком случае, не следует. Чем сплоченнее будут действовать большевики, чем организованнее будут выступать, тем больше шансов на возможность приручения. Мы должны поэтому неустанно ковать на всех наковальнях. О вперёдовцах ничего не говорю, так как теперь они менее интересны, чем ликвидаторы и плехановцы. Если когда-нибудь очухаются — хорошо, конечно, а нет — бог с ними, пусть варятся в своем собственном соку.

Так я думаю о загранице.

Но это не все и не главное даже. Главное — организация работы в России. История нашей партии показывает, что вопросы разногласий разрешаются не в прениях, а главным образом в ходе работы, в ходе применения принципов. Поэтому задача дня — организация русской работы вокруг строго определенного принципа. Ликвидаторы сразу поняли дело (нюх у них очень развит) и начали примащиваться (уже примостились) в легальных рабочих организациях, причем имеют, оказывается, свой нелегальный русский центр, направляющий и т. д. работу. А мы все “готовимся”, пребываем в стадии репетиций. По-моему, для нас очередной задачей, не терпящей отлагательства, является организация центральной (русской) группы, объединяющей нелегальную, полулегальную и легальную работу на первых порах в главных центрах (Питер, Москва, Урал, Юг). Назовите ее как хотите — “русской частью Цека” или вспомогательной группой при Цека — это безразлично. Но такая группа нужна как воздух, как хлеб. Теперь на местах среди работников царит неизвестность, одиночество, оторванность, у всех руки опускаются. Группа же эта могла бы оживить работу, внести ясность. А это расчистило бы путь к действительному использованию легальных возможностей. С этого, по-моему, и пойдет дело возрождения партийности. Не мешало бы организовать предварительно совещание работников, признающих решения пленума,[100] конечно, под руководством Цека. Все это после “реформы” центральных учреждений[101] и при условии согласия со стороны плехановцев. Очень может быть, что это совещание и даст подходящих людей для вышеназванной центральной группы. Польза такого совещания ясна, по-моему, и во многих других отношениях. А действовать придется неуклонно и беспощадно, не боясь нареканий со стороны ликвидаторов: троцкистов, вперёдовцев. Если плехановцы и ленинцы сплотятся на почве работы в России, они могут не обращать внимания на какие бы то ни было нарекания.

Так я думаю о работе в России.

Теперь о себе. Мне остается шесть месяцев.[102] По окончании срока я весь к услугам. Если нужда в работниках в самом деле острая, то я могу сняться немедленно. “Мысль”[103] № 1 читал. Воображаю, сколько ясности и бодрости внесет среди рабочих даже один только факт совместного выступления вчерашних противников, сколько смуты и хаоса посеет в рядах ликвидаторов. И всякий порядочный человек скажет, что это будет недурно.

В ссылке имеется порядочная публика и было бы очень хорошо снабжать ее периодическими нелегальными изданиями. Пришлите “Социал-Демократ” № 17 и дальше, а также “Приложение” к “Социал-Демократу”. У нас нет “Рабочей Газеты”[104] ни № 1, ни № 2, нет и “Голоса Социал-Демократа”. “Звезду”,[105] должно быть, получим. Адреса для посылок: 1) Сольвычегодск, Вологодской губернии, Ивану Исааковичу Богомолову; 2) Сольвычегодск, Вологодской губернии, Петру Михайловичу Серафимову. Адрес для переписки со мной: Сольвычегодск, Вологодской губернии, дом Григарева, — Николай Александрович Вознесенский.

С товарищеским приветом К.С.

Заказным не надо присылать. Пишите о делах у вас, очень прошу.

Написано 31 декабря 1910 г.

Печатается по копии письма

1912

За Партию![106]