Читаем Том 2 полностью

К числу самых дорогостоящих учреждений, без которых современное общество не может обойтись, относятся постоянные армии, отнимающие у нации самую сильную, самую необходимую часть населения, которая становится таким образом непроизводительной и которую нация вынуждена кормить. Мы знаем по нашему собственному государственному бюджету, во что обходится нам постоянная армия: двадцать четыре миллиона в год и изъятие из производства двухсот тысяч пар самых крепких рабочих рук. — В коммунистическом обществе никто не станет и думать о постоянном войске. Да и зачем? Для охраны внутреннего спокойствия страны? Но мы уже видели, что никому и в голову не придёт нарушать это внутреннее спокойствие. Ведь боязнь революций является только результатом противоположности интересов; там, где интересы всех совпадают, не может быть и речи о подобных опасениях. — Для захватнической войны? Но как может коммунистическое общество дойти до того, чтобы предпринять захватническую войну, — общество, которое очень хорошо знает, что на войне оно только потеряет людей и капитал, между тем как завоюет оно самое большее несколько недовольных провинций, которые, следовательно, принесут с собой нарушение социального порядка! — Для оборонительной войны? Для этого оно не нуждается в постоянной армии, так как легко будет научить каждого годного для войны члена общества, наряду с его другими занятиями, владеть оружием настолько, насколько это необходимо для защиты страны, а не для парадов. И примите при этом во внимание, что член такого общества в случае войны, которая, конечно, может вестись только против антикоммунистических наций, должен защищать действительное отечество, действительный очаг, что он, следовательно, будет бороться с воодушевлением, со стойкостью, с храбростью, перед которыми должна разлететься, как солома, механическая выучка современной армии. Вспомните, какие чудеса совершал энтузиазм революционных армий с 1792 по 1799 г. — армий, которые боролись ведь только за иллюзию, за мнимое отечество, и вы поймёте, какова должна быть сила армии, борющейся не за иллюзию, а за нечто реальное и осязаемое. Итак, это бесчисленное множество рабочих рук, которые теперь отнимаются у цивилизованных народов для армий, были бы при коммунистической организации возвращены к труду; они не только производили бы столько, сколько потребляют, но могли бы производить ещё гораздо больше продуктов, чем необходимо для их содержания, для пополнения общественных запасов.

Ещё большее расхищение человеческих сил в существующем общество проявляется в том, как богатые используют своё социальное положение. Я вовсе не намерен здесь касаться того бесполезного и прямо-таки смешного расточительства, источником которого является только стремление обратить на себя внимание и которое отвлекает множество рабочих рук. Но загляните в дом, во внутреннее святилище богача и скажите мне, не является ли безрассудной растратой рабочей силы, когда множество людей занято прислуживанием одному человеку и слоняется без дела или, в лучшем случае, занято такими работами, необходимость которых вызывается изолированностью каждого человека в четырёх стенах. Все эти горничные, кухарки, лакеи, кучера, дворники, садовники и прочие, чем они собственно заняты? Как мало минут в течение дня заняты они тем, чтобы действительно сделать приятной жизнь своих господ, чтобы облегчить своим господам свободное развитие и использование их человеческих качеств и способностей, — и сколько часов в течение дня отдают они занятиям, которые обусловлены только плохим устройством наших общественных отношений: стоят на запятках кареты, выполняют причуды своих господ, таскают за ними комнатных собачек и несут другие нелепые обязанности. В разумно организованном обществе, где каждый получит возможность жить, не будучи рабом барских причуд и не выдумывая себе таких причуд, — в таком обществе, конечно, та рабочая сила, которая сейчас растрачивается на обслуживание живущих в роскоши, обратится на общую пользу и на пользу самих работающих.