Читаем Том 2. 1960–1962 полностью

– Нет уж, Володенька, ты сиди здесь. Толку от тебя мало… мало ли что…

Юрковский сказал, помолчав:

– Ладно. А я еще несколько снимков сделаю.

Быков поспешно пошел к выходу. Жилин вслед за ним вышел из рубки и запер люк в рубку на ключ. Быков на ходу сказал:

– Возьмем танкер, по пеленгу выйдем к этому месту и будем их ждать там.

– Правильно, Алексей Петрович, – сказал Жилин. – А что они там нашли?

– Не знаю, – сказал Быков сквозь зубы. – И знать не хочу. Пока я буду говорить с капитаном, ступай в рубку и займись пеленгом.

В коридоре обсерватории Быков поймал распаренного дежурного и приказал:

– Мы сейчас идем на танкер. Снимешь перемычку и задраишь люк.

Дежурный кивнул.

– Второй космоскаф возвращается, – сказал он.

Быков остановился.

– Нет-нет, – сказал дежурный с сожалением. – Он будет не скоро, часа через три.

Быков молча двинулся дальше. Они миновали кессон, прошли мимо бамбукового стульчика и по узкому, тесному колодцу поднялись в рубку танкера. Капитан Корф и его штурман стояли над низким столиком и рассматривали голубой чертеж.

– Здравствуйте, – сказал Быков.

Жилин, не говоря ни слова, прошел к рации и принялся настраиваться на волну космоскафа. Капитан и штурман в изумлении воззрились на него. Быков подошел к ним.

– Кто капитан? – спросил он.

– Капитан Корф, – сказал рыжий капитан. – Кто ви? Потшему?

– Я Быков, капитан «Тахмасиба». Прошу мне помочь.

– Рад, – сказал капитан Корф. Он посмотрел на Жилина.

Жилин возился над рацией.

– Двое наших товарищей забрались в Кольцо, – сказал Быков.

– О! – На лице капитана изобразилась растерянность. – Как неосторожно!

– Мне нужен корабль. Я прошу у вас ваш корабль.

– Мой крабль, – растерянно повторил Корф. – Идти в Кольцо?

– Нет, – сказал Быков. – В Кольцо только в крайнем случае. Если случится несчастье.

– А где ваш крабль? – спросил Корф подозрительно.

– У меня фотонный грузовик, – ответил Быков.

– А, – сказал Корф. – Да, этто нельзя.

В рубке раздался голос Юрковского:

– Погоди, я сейчас вылезу.

– А я тебе говорю, сиди, Володенька, – сказал Михаил Антонович.

– Ты очень долго копаешься.

Михаил ничего не ответил.

– Это они в Кольце? – спросил Корф, показывая пальцем на рацию.

– Да, – сказал Быков. – Вы согласны?

Жилин подошел и стал рядом.

– Да, – сказал Корф задумчиво. – Надо помогать.

Штурман вдруг заговорил так быстро и неразборчиво, что Быков понимал только отдельные слова. Корф слушал и кивал. Затем он, сильно покраснев, сказал Быкову:

– Штурман не хочет лететь. Он не обязан.

– Он может сойти, – сказал Быков. – Спасибо, капитан Корф.

Штурман произнес еще несколько фраз.

– Он говорит, что мы идем на верную смерть, – перевел Корф.

– Скажите ему, чтобы он уходил, – сказал Быков. – Нам надо спешить.

– Может быть, господину Корфу тоже лучше сойти? – осторожно сказал Жилин.

– Хо-хо-хо! – сказал Корф. – Я капитан!

Он махнул штурману и пошел к пульту управления. Штурман, ни на кого не глядя, вышел. Через минуту гулко бухнул наружный люк.

– Девушки, – сказал капитан Корф, не оборачиваясь, – они делают нас слабыми. Слабыми, как они. Но надо сопротивляться. Приготовимся.

Он полез в боковой карман, вытащил фотографию, поставил на пульт перед собой.

– Вот так, – сказал он. – И никак по-другому, если рейс опасен. По местам, господа.

Быков сел у пульта рядом с капитаном. Жилин пристегнулся в кресле перед рацией.

– Диспетчер! – сказал капитан.

– Есть диспетчер, – откликнулся дежурный обсерватории.

– Прошу старт!

– Даю старт!

Капитан Корф нажал стартер, и все сдвинулось. И тогда Жилин вдруг вспомнил: «Юрка!» Несколько секунд он глядел на рацию, вздыхающую грустными вздохами Михаила Антоновича. Он просто не знал, как поступить. Танкер уже покинул зону обсерватории, и капитан Корф, маневрируя рулями, выводил корабль на пеленг. Не будем-ка паниковать, подумал Жилин. Не так уж плохи дела. Пока еще не случилось ничего страшного.

– Михаил! – позвал голос Юрковского. – Скоро ты там?

– Сейчас, Володенька, – отозвался Михаил Антонович. Голос у него был какой-то странный – не то усталый, не то растерянный.

– Хо! – сказал позади голос Юры.

Жилин обернулся. В рубку входил Юра, заспанный и очень обрадованный.

– Вы тоже на «Кольцо-2»? – спросил он.

Быков дико взглянул на него.

– Химмельдоннерветтер! – прошептал капитан Корф. Он тоже начисто забыл о Юре. – Пассажиер! Ф-в каюта! – крикнул он грозно. Его рыжие бакенбарды страшно растопырились.

Михаил Антонович вдруг громко сказал:

– Володя… Будь добр, отведи космоскаф метров на тридцать. Сумеешь?

Юрковский недовольно заворчал.

– Ну попробую, – сказал он. – А зачем это тебе понадобилось?

– Так мне будет удобней, Володя. Пожалуйста.

Быков вдруг встал и рванул на себе застежки куртки. Юра с ужасом глядел на него. Лицо Быкова, всегда красно-кирпичное, сделалось бело-синим. Юрковский вдруг закричал:

– Камень! Миша, камень! Назад! Бросай все!

Послышался слабый стон, и Михаил Антонович сказал дрожащим голосом:

– Уходи, Володенька. Скорее уходи. Я не могу.

– Скорость, – прохрипел Быков.

– Что значит – не могу? – завизжал Юрковский. Было слышно, как он тяжело дышит.